Недавно одной моей клиентке, девушке 28 лет (назовем ее Еленой), с травматичным детским опытом семейного неблагополучия, приснился сон, который надо бы поместить в те психологические хрестоматии, где имеется раздел про тревожность. Ей приснилось, что она … пришивает свою голову к телу. Пришивает неудачно, голова не приживается. Но тут сновидица вспоминает, что у нее же есть своя обычная голова. И решает ходить с ней, как и раньше.
Пробуждение при этом, как ни странно, состоялось отнюдь не в тревожном ознобе, а напротив – с некоторым странным чувством облегчения. При этом я должен отметить, что обычные состояния перед засыпанием для Елены наполнены тягостным ожиданием того, что вот сейчас откроется дверь, в квартиру войдет злодей с ножом и убьет всю ее семью. Она встает с постели, идет проверять, хорошо ли закрыта входная дверь. Возвращается и еще час, а то и два лежит без сна борясь с позывом вновь проверить дверь. Затем ей обычно снятся кошмары с нападениями, убийствами, расчлененкой… И вдруг что-то новенькое – пришивание собственной головы. И чувство, что тревога как-то отступила.
Позвольте мне поделиться соображением о том, что делает тревожность с глубинной психикой. Наблюдение после общения с подобными клиентами у меня такое: тревожность расщепляет личность. Не вполне заметно для самого человека, но непреложно для его бессознательного. Которое и выражает себя в снах. И этот сюжет с отрезанной кем-то головой как раз и есть великолепная иллюстрация такой расщепленности. Точнее, это первый слой сюжета. Тогда как второй – наличии в сне вполне целостного самого сновидца, который, собственно, и пытается как-то пришить отщепленную часть личности, как он ее понимает, на место. То есть воссоединиться.
Какая бы травма ни расщепила личность изнутри, эта коллизия всегда происходит по сходному сценарию: друг от друга отделяются травмированная и оставшаяся здоровой части. Я не раз просил на консультациях изобразить в пределах круга, нарисованного на листке бумаги, какие части, по мнению самого человека, в нем занимают соответственно эти расщепленные субличности. Так вот, как правило, интуитивно человеку представляется, что травматичная часть в нем доминирует, занимая не менее 70 процентов. И конечно, на этот основной процент отголосками травматичного опыта наполнена вся жизнь такого клиента.
… Но почему наутро тревога отступила? Думаю, по двум причинам. Первая, нет ничего хуже ожидания. Чего угодно – боли, драмы, катастрофы. А когда уже все случилось, тревожится больше не о чем. Надо что-то делать с последствиями, если выжил. Злодей таки проник в квартиру, отрезал несчастной голову. Чего так долго ждали, в снах и наяву - случилось! И подсознательное таким вот образом подает сигнал – эй, человек, ты жив, давай, берись за голову, наводи порядок в жизни. Вторая причина – здоровая часть, в виде того, кто пытается пришить голову, явно теперь начинает играть заглавную роль. А травмированная субличность уменьшается в размерах.
Психотерапия работает!