Преследования после митингов, миллиардные штрафы соцсетям, блокировки и др. — выбрали главное.
Преследование за митинги в поддержку Навального
Январь начался с митингов в поддержку Навального. На них досталось всем: от журналистов и пользователей соцсетей до самих соцсетей. Первым не давали освещать мероприятия, вторых штрафовали за посты и репосты, третьим делали взыскания за то, что они эти публикации не удаляли.
Одним из самых одиозных и показательных в плане абсурда случаев стал арест главреда «Медиазоны» Сергея Смирнова на 25 суток за ретвит шутки о внешнем сходстве журналиста с лидером панк-группы «Тараканы» Дмитрием Спириным. В шутке упоминался митинг. Власти сочли это повторным нарушением закона о митингах
Штрафы соцсетям
За неудаление разного рода запрещённого контента соцсети преследовали весь год. С 1 февраля в России начал действовать закон, обязывающий соцсети самостоятельно выявлять и блокировать страницы с запрещённой информацией. За несколько месяцев штрафы стали многомиллионными и даже многомиллиардными. Год завершился тем, что Google получил первый в России оборотный штраф в 7,2 млрд руб. за повторное неудаление «запрещёнки», за ним с 1,9 млрд последовал и Facebook (теперь уже Meta).
СМИ-«иноагенты»
Признание СМИ «иноагентами» стало настоящей трагической эпопеей. За год соответствующий реестр в геометрической прогрессии увеличился с 17 пунктов (за 2017-2020 гг.) до 103, как и число «оснований» для «присвоения» статуса. Так, оказалось, что заклеймить журналиста могут просто за подарок из-за рубежа. А сотрудница закрытого издания «Проект», объявленного и вовсе нежелательной организацией, оказалась виновна в чужих действиях: «Медуза»-«иноагент» поставила ссылку на её статью.
Почему статус иноагента — зло, читайте в наших карточках. Подписывайте петицию за отмену закона здесь.
Применение ТСПУ
Роскомнадзор научился применять для блокировок так называемые технические средства противодействия угрозам (ТСПУ). Теперь ведомство может централизованно управлять российским сегментом интернета, фильтруя трафик при помощи DPI. Наиболее активно оно этим воспользовалось в сентябре во время выборов – для блокировки «Умного голосования».
Блокировки VPN и Tor
В этом году Роскомнадзор также отправился в очередную погоню за VPN и Tor. «VPN-блокировки не за горами, но с ними можно бороться», — предупреждают наши технические специалисты. Подробнее об этом читайте здесь, здесь и здесь.
А что происходило с Tor, мы объясняли тут.
Недоверие к ДЭГ
Возвращаясь к теме голосования. С прошлогоднего применения дистанционного электронного голосования (ДЭГ) критики этой системы меньше не стало. Напротив, скандалов (особенно в столице) — даже поприбавилось. В Москве, во-первых, подведение итогов затянулось. Во-вторых, результат ДЭГ коренным образом изменил итоги выборов в целом, сделав сильный перекос в сторону провластных кандидатов. В-третьих, «ноду наблюдателей» отключали. Вспоминаем обо всём этом здесь.
Распознавание лиц
«Роскомсвобода» по-прежнему требует ввести мораторий на использование системы распознавания лиц, пока не будет обеспечена полная прозрачность и безопасность её использования для граждан. В этом году мы увидели, как хорошую технологию использовали в дурных целях — для задержания после (!) митингов (раз, два, три). Как при этом не предоставляли ни доказательств нарушения закона, ни принадлежности изображения обвиняемым. Как система ошибается (раз, два). Как она трансформирует поведение.
Полицейские тем временем продают данные с уличных камер, но получают за это низкие штрафы. Напомним, волонтёр «Роскомсвободы» Анна Кузнецова в качестве эксперимента ещё в 2020 году «пробила» собственное лицо за плату в 16500 руб. и получила подробный отчёт с указанием всех адресов, где была за последний месяц, зафиксированных при помощи 79 камер видеонаблюдения.
После публикации нашего расследования в 2021 году полицейских, сливших её данные, привлекли к ответственности. Но они заплатили всего 30 тыс. руб. штрафа на двоих. Мы обжаловали постановление, его отправили на новое рассмотрение. А вы пока подпишите петицию, пожалуйста.