Весной 1989 года в литовском городе Ионава произошла одна из крупнейших техногенных катастроф в истории СССР – утечка нескольких тысяч тонн токсичных веществ. Прибалтийские националисты воспользовались этим поводом, чтобы обвинить «русских оккупантов» в намеренном отравлении природы. В действительности ущерб от катастрофы мог быть меньше, если бы не разногласия между русскими и литовцами.
Ядовитый туман
Ионава – небольшой город, расположенный в самом центре Литвы. В 1962 году на его восточной окраине был построен завод по производству азотных удобрений из природного газа, который благополучно работал 27 лет.[С-BLOCK]
Около полудня 20 марта 1989 года на предприятии прогремел взрыв. В крышке резервуара с жидким аммиаком образовалось отверстие (каверна) – возможно, дефект возник ещё при отливке, а может, это было последствием «усталости» металла. Так или иначе, 7500 тонн химического вещества, охлаждённого до минус 340 градусов по Цельсию, выплеснулись наружу. Оторвавшийся от днища бак весом в несколько тонн отлетел в сторону и задел трубопровод, по которому поступал природный газ.
На складе удобрений возник пожар. При сгорании тысяч тонн нитрофоски образовалось ядовитое облако, состоявшее из хлора, соляной кислоты и закиси азота. К вечеру 20 августа службы гражданской обороны эвакуировали около 50 тысяч жителей Ионавы и окрестностей, а немногих оставшихся снабдили противогазами. Через некоторое время ветер понес испарения к северу и востоку – в направлении городов Укмерге, Кедайняй и Ширвинтос.
21 марта размеры токсичного облака, подошедшего к Кедайняю, составляли 50 километров в длину и семь километров в ширину. Максимальная концентрация аммония, превышавшая норму в 150 раз, была зафиксирована в районе деревни Упнинкай Ионавского района. Тем временем больше 800 пожарных проливали горящую нитрофоску с помощью насосных станций. Эта работа продолжалась 4 дня, заметную помощь в ликвидации пожара оказали военнослужащие Прибалтийского военного округа.
Последствия
Ионавская катастрофа стала беспрецедентной по масштабам утечки химикатов. Власти СССР признали случившееся первым официальным фактом «химического заражения местности». После недавнего Чернобыля информацию не скрывали, однако тему в прессе всё же постарались не слишком муссировать, и на фоне бурных событий Перестройки за пределами Литвы она быстро забылась.
От отравления аммиаком в первые минуты после взрыва погибло 5 человек – это были те, у кого вопреки инструкции не оказалось противогазов. Рабочие убегали из цехов буквально по колено в «ледяном» аммиаке. Всего пострадало 57 человек, 29 из которых в результате вдыхания токсичных газов стали инвалидами. У многих развились дыхательные и сердечные заболевания.
Один из госпитализированных сотрудников ПО «Азот» умер в больнице, а 21 марта на складе удобрений погиб пожарный. Кроме того, в хозяйствах на зараженной территории умерли телята и свиньи. Между тем, как считают эксперты, если бы не удачное стечение обстоятельств, а также грамотные действия персонала, число жертв могло бы достигнуть нескольких тысяч человек. Население Ионавы спаслось главным образом благодаря тому, что погода была безветренной. В центр города ядовитое облако практически не распространилось.
Главный специалист Центра стратегических исследований МЧС России, Владлен Малышев, в интервью СМИ высоко оценил действия дежурного диспетчера, организовавшего эвакуацию и доставку пострадавших в больницы. А вот национальные трения, раздиравшие республику, сыграли скорее негативную роль. Когда диспетчер комбината на русском языке попытался передать информацию в экстренные службы, литовская телефонистка по непонятной причине отказалась связывать его с начальством. Поэтому диспетчеру пришлось передавать сведения в штаб гражданской обороны «кружным путём» — через местный военкомат.
Если бы не эти 25 минут промедления, к ликвидации последствий экологической катастрофы могли бы приступить раньше. Добавим, что химический завод в Ионаве работает по сей день.