Говорят, что дети ближе всего к Богу. Не зря, ох не зря так говорят! Душа их ещё чистая, не накопившая греха. Что посеешь в эту благодатную почву - то и вырастет. Поэтому сеять нужно добро и свет, тогда и можно сказать, что вырастили Человека. Ведь человека делает человеком сострадание, милосердие и сопереживание...
***
- Я сама отнесу Марте сено! - Рита отобрала у деда тачку с сеном и помчалась, с трудом толкая её перед собой, на задний двор.
Дед Коля и баба Люба только недавно завели скотину в стойло, а Рита уже тут как тут. Ей бы, десятилетней девочке, с подружками играть, а она спешила домой, чтобы собственноручно накормить Марту.
- Уж чем её эта кобыла привлекает? - качала головой баба Люба, наблюдая каждый день, как Рита ухаживает за их старой лошадью.
А Рита любила Марту. За её умные глаза, за тихий, спокойный нрав, да и просто так, потому что каждое живое существо кто-то должен любить.
Для дедушки с бабушкой, к которым Рита каждое лето ездила погостить в деревню, лошадь была просто рабочим инструментом: огород вспахать, сено с сенокоса привезти.
А Рита относилась к этому умному животному совершенно по-другому. Девочка гладила её блестящую белую шею и рассказывала о том, о чем переживала её детская, наивная душа. Марта внимательно слушала юную собеседницу и иногда возмущённо фыркала, в очередной раз услышав, как Женька Попов обозвал Риту калекой. А виной всему Ритина больная нога, врождённый порок развития сустава. Только Рита могла кататься на ней верхом: больше Марта никого не подпускала с этой целью.
- Ты думаешь, она тебя понимает? - насмешливо спрашивал дед.
- А то! Марта всё понимает! - с гордостью утверждала Рита, обнимая старую лошадь за шею.
В эти моменты, если бы захотел дед увидеть как следует, он бы заметил, как ласково прищуривается Марта. Конечно, она понимала настроение девочки, а как иначе?
В тот день высохла очередная порция сена. Солнце жарило так, что попрятались даже вездесущие насекомые. Пахло свежескошенной травой и тиной с болота, расположенного неподалёку от дома бабушки и дедушки. Только вот душный воздух говорил о том, что вскоре хлынет дождь.
Дед ловко запряг Марту в ходок и они двинулись в сторону луга. Луг, с которого дед Коля и баба Люба брали сено, находился сразу за болотом. В этот раз дед Коля спешил, так как хотел успеть привезти сено до того, как его зальёт дождём. Поэтому не стал, как обычно, огибать болото, а поехал напрямую, решив, что ничего страшного не случится.
Рита играла с подругами неподалёку. Они с деревенскими девочками построили очередной шалаш и увлеклись настолько, что Рита не сразу заметила, как домой прибежал ошарашенный дед Коля.
Поздно, ох как поздно она услышала обрывки фраз: "Сломала ногу... Пристрелить, чтоб не мучилась... К Никитичу, чтоб на его лошади привезти..."
Не сразу до неё дошло, что дед Коля готовится совершить то, возврата чему нет. Она только увидела, как фигура деда мелькнула в сторону болота наперевес с ружьём - дед увлекался охотой и имел собственную двустволку.
Рита под недоуменные взгляды подружек бросилась домой так быстро, как только позволяла её больная нога, чтобы убедиться, что всё хорошо. Но хорошо не было.
- Ба, куда дед побежал? Что случилось?
Баба Люба спокойно продолжала печь пирожки, её лицо лишь на самую малость приобрело озабоченное выражение.
- Эх, Марта ногу сломала. Вот, теперь лошадь покупать, опять затраты... - посетовала баба Люба.
Рита забеспокоилась:
- Так Марте нужен врач! Ты позвонила ветеринару?
Баба Люба засмеялась:
- Дед её сам "вылечит".
И тут до Риты дошло наконец, как собирается дед "лечить" Марту...
Она бежала так быстро, как только могла. Даже нога в этот момент у неё совсем не болела.
Со стороны болота эхом раздался выстрел. Когда Рита добежала до места, Марта уже издавала последний хрип, а дед Коля всё ещё стоял над ней с ружьём. Большие, круглые глаза Марты навсегда застыли, выражая недоумение.
- Деда, зачем??? - из глаз девочки предательски брызнули слёзы, она упала на колени перед лежащей бездыханной Мартой и обняла её ещё тёплую шею.
- Ты чего сюда прибежала? - возмутился дед Коля, - и встань, тебе нельзя долго стоять на коленях!
- Чтобы не дать тебе убить Марту!!! - всхлипывая, пробормотала Рита, гладя лошадь по голове, - Разве её нельзя вылечить??? Ты злой человек, деда! Она же хотела жить!
Худенькие плечи девочки сотрясались в рыданиях, слезы капали на неподвижную морду лошади.
- Вот ещё, лечить, она всё равно работать больше не сможет, только корм на неё, калеку, переводить! - бубнил дед Коля.
- Тогда и меня застрели, я ведь тоже калека! - процедила сквозь слезы Рита.
- Так, хватит концерт устраивать, иди домой, сейчас Никитич приедет и мы поедем за сеном. Марту потом закопаю.
Рита удивлённо смотрела на деда, не переставая плакать. Как можно быть таким чёрствым? Он только что застрелил верного друга, и так спокойно говорит об этом!
***
Ночью Рита не могла уснуть.
Впервые в жизни она видела, как её любимые люди совершают жестокие поступки, и её наивная детская душа не могла принять этот взрослый цинизм. Эту суровую необходимость.
Подушка была мокрой от слез. Нет, нельзя быть такими злыми! Она не хотела больше находиться рядом с этими людьми, в одном доме, ей было неприятно смотреть на деда и бабушку.
Рита тихонечко сползла с кровати, нащупала на стуле свои шорты и майку и прокралась к двери. Так же тихо, чтобы не разбудить бабушку или дедушку, она вышла в террасу, затем аккуратно открыла засов от входной двери и ринулась, куда глаза глядят.
Смятение в душе девочки гнало её вперёд. Она бежала по дороге, вновь забыв про боль в ноге и спрашивала судьбу: почему? Почему так жестока жизнь? Раньше Рита не сталкивалась так близко со с м е р т ь ю, тем более со с м е р т ь ю тех, к кому была так сильно привязана.
Свет фар на мгновение ослепил её. Рита заметалась и в растерянности даже не поняла, что бросилась практически под автомобиль... Но какая-то неведомая сила оттолкнула её хрупкое тельце из-под колёс, и Рита кубарем скатилась с обочины в густую траву.
Когда она подняла голову, всё ещё не понимая, что произошло, то не поверила своим глазам:
Перед ней стояла Марта, только выглядела она не совсем такой, какой её привыкла видеть Рита. Она была статной, высокой и стройной, наверное, так кобыла выглядела, будучи молодым животным. Фигура её казалась полупрозрачной и от неё будто бы исходил белый рассеянный свет.
- Марта? Ты живая? - не понимающе спросила Рита.
В ответ в её голове прозвучал приятный голос:
- Нет, Рита, мой путь здесь закончился. Ты грустишь... Знай, мне было важно, что ты была рядом и дарила мне ласку. Не грусти, девочка моя. И знай, что не только люди после с м е р т и попадают в другой, более светлый и радостный мир, но и животные тоже. И мы обязательно встретимся там. Я ещё покатаю тебя, непременно, вот увидишь! И на деда не злись - он не мог поступить иначе, я всё равно была старая и больная. Реальность сурова, но прими это как данность. До встречи, милая, иди домой и больше не плачь!
После этих слов Марта растворилась в воздухе, оставив ошеломлённую и заплаканную Риту в одиночестве...
***
- Вы уверены, что готовы стать семьёй для этого котика? - спросила Рита.
Это была уже не та Рита. Не маленькая хромая девочка, тяжело переживающая уход своего друга. Она была взрослой серьезной женщиной, волонтёром приюта для животных. В этом была вся её жизнь: Рита хоть и обзавелась семьёй, но очень много времени уделяла несчастным бездомным животным.
- Конечно, уверена! - ответила пожилая женщина, беря на руки пушистого чёрного котика с испуганными глазами.
- Я очень надеюсь на вашу сознательность и ответственность, - продолжила Рита, почесав коту за ухом, - его душа будет болеть, если его предадут ещё раз.
- Душа? - непонимающе посмотрели на Риту женщина. "Сумасшедшая, что ли?" - читалось в её взгляде.
- Да, душа, - улыбнувшись, кивнула Рита, - а вы думаете, у животных нет души? Есть, поверьте мне. Да ещё какая! Чистая и светлая. Есть, будьте уверены, я сама видела это однажды...