Это воспоминания Сидорова Ивана Петровича – рядового 16-ой стрелковой дивизии народного ополчения о своем первом сражении в сентябре 1941 года
Осенью, как сейчас помню была цель остановить немцев на реке Обь, любым способом.
У нас, тогда еще молодых ребят, это был самый первый бой и опыт.
С нами конечно были заядлые вояки, которые еще первую мировую застали, но таких можно было считать на пальцах.
Дивизия была собрана из всех гражданских, кто только с фабрики, кто вообще с института.
Некоторым только в будущем предстояло стать солдатом с большой буквы, но 41-ый год тогда заставил почувствовать страх всех.
Мы абсолютно добровольно принимали решения, никто никого не заставлял, все прекрасно знали насколько критическая ситуация.
Как только нам огласили приказ – в срочном порядке ударить по селу Аксарка, в котором уже расположились немцы. Время на раздумья не было, решение нужно было принимать быстро и четко.
Главнокомандующий был в ступоре, совсем не понимал что ему делать, прекрасно понимаю его в тот момент, знал же что придется идти в бой с неопытными, всего боящимися, солдатами.
Все заметили его неуверенность и волнение, от этого становилось еще страшнее.
Он долго метался и пытался принять правильно решение, подумал выходить к утру, но времени не было совсем, нельзя было ждать. Немцы могли проходить дальше и захватывать больше территорий.
Решено было по первому сигналу выходить и тихо, ползком добраться до села, а в последний момент подниматься и со всех сил бежать на врага.
Главной задачей было преодолеть пустое поле так, чтобы немцы не заметили.
Как только дали сигнал, все солдаты от страха даже с места сдвинуться не могли, куда там выходить на врага. Сидели тише воды, ниже травы, никак не могли решиться.
Главнокомадующий понял, что никто кроме него не сможет подать нам пример, встал и пошел со словами: “глаза бояться, руки делают”.
Все смотрели на него затаив дыхание, а он в тот момент как крикнул и побежал сломя ноги, тогда и мы решились.
В тот момент самое главное – сделать рывок, перебороть себя и встать.
Все конечно не помню, но картина перед глазами заставляла желать лучшего. Вокруг крик, лица немцев и звук взрывающихся рядом мин.
Никакого плана не было, только бы добраться до села, покинуть это ужасное поле.
У меня получилось добраться до какого - то маленького домика, спрятался прямо за ним. Рядом никого не было видно, но за то отчетливо слышно шаги в доме и стрельбу.
Почти ничего не было видно, ночь все-таки, но я тоже пытался стрелять.
Сидел я прямо у приоткрытого окна и хорошо слышал разговоры немцев, которые были в самом доме.
Я вспомнил про гранату, которая была как раз под рукой, ну и не долго думая закинул ее в окно, даже не зная точно ли там немцы.
Потерялся очень сильно после взрыва, было очень громко, но видел как наши безжалостно воюют в селе.
Враги наши бежали из села так, что пятки сверкали, а по ним в след только так и раздавали из автоматов.
Мы то тогда думали, что немцы какие-то нелюди, которые ничего не бояться, все сами придумали как оказалось. Потом уже дошло – немцы тоже люди, их тоже бывает страшно.
Когда бой закончился я узнал, что наш главнокомандующий составил на меня представление. Как оказалось именно в том доме, куда я закинул гранату, стоял огромный пулемет, который не давал некоторым наших солдатам сдвинуться с места.
В представлении на “Орден Красного Знамени” говорилось о том, что
“ Рядовой Сидоров, хорошо обдумав свои действия, добрался до дома с пулеметом, который мешал солдатам двигаться к цели. Сидоров, быстро решил взять ситуацию в свои руки и обезвредить пулемет с помощью танковых гранат.”
Конечно же я был очень удивлен, ведь бросал не думая от слова совсем.
Получилось отлично, оказывается.
Но гордился я больше всего тем, что выжил в первом своем бою.
Сидоров И.П.