Итак, к концу второй четверти мы победили. Надеюсь, что все. Все стороны конфликтной ситуации, а именно: наш «особенный» одноклассник с мамой с одной стороны, остальные подростки и их родители с другой. Я не зря употребила слово «победили», а не что-то типа «боевая ничья». История наших конфликтов началась в сентябре (и продолжалась всё полугодие).
Десятки разговоров и тонны исписанных бумаг неожиданно привели к результату. Мама одноклассника любезно согласилась сходить на консультацию в наш районный центр психолого-педагогического сопровождения. Не на комиссию, Боже упаси! А просто на консультацию.
И нам всем чрезвычайно повезло, что маститый, заслуженный, с большим опытом специалист вдруг заболел. И на приём эта мама попала к молодому и пока ещё интересующемуся реальными детьми психологу. И эта молодая женщина провела с мамой колоссальную по значимости работу. Заметьте, не с мальчиком, а именно с мамой.
Она смогла убедить маму в том, что… назначенные профильным врачом препараты мальчику необходимо давать. Что лекарственная поддержка в их ситуации бесценна, нельзя от неё отказываться под предлогом «таблетки тормозят развитие его гениальности».
Эта же психолог нарисовала (в буквальном смысле слова) пошаговую инструкцию по преодолению всех бюрократических процедур для организации индивидуального образовательного плана, подсказала, к кому из медицинских специалистов можно сходить ещё раз проконсультироваться по лекарственной поддержке.
Короче говоря, психолог просто качественно выполнила свои должностные обязанности. Совершенно бесплатно для мамы, между прочим. В итоге все счастливы, впечатлительные девочки-одноклассницы больше не будут вздрагивать от неожиданных громких вскриков во время урока.
Ребёнок не бывает проблемным. Проблемы всегда у взрослых
А я хочу обратить внимание на источник возникших проблем. И это – не мальчик, не его психические особенности. Это, как и всегда, в ситуации конфликта особых и обычных, взрослые люди. Конкретно в этом случае, мама мальчика.
Мама, которая сама не смогла принять «особенность» ребёнка. Но требовала принятия от других.
Мама, которая возила ребёнка ко всем возможным специалистам, проводила массу обследований, а потом отказывалась выполнять назначения:
Он же нормальный, а не псих!
Мама, которая тренировала с мальчиком прохождение специализированных тестов. Её не интересовала объективная оценка состояния ребёнка, ей было важно, что её мальчик показывает самый хороший результат.
Мама, которая обиделась на детского психиатра за невинную фразу типа «мало просто бегло читать, надо ещё и понимать смысл прочитанного».
Мама, которая с самого рождения не играла с ребёнком, а развивала и растила гения.
Мама, которая вложила в ребёнка безумно много своих ожиданий... А ребёнок не оправдал. И маме пришлось придумать новый образ своего любимого сына –
Отверженный, непонятый гений, за счастье которого я буду биться до конца.
Любовь к ребёнку означает, прежде всего, принятие этого ребёнка
Со всеми его особенностями и ограничениями. С некрасивым лицом, низким интеллектом, кривыми ногами, склочным характером, психическими заболеваниями. А принятие означает трезвый взгляд, учёт ограничений, поиск пути адаптации к социуму, а не эмоциональное желание привести ребёнка к «общему знаменателю» социального стандарта.
P.S. Я не работала с этой семьей, не знаю официальных медицинских диагнозов. Но осмелюсь осторожно предположить, если мама перестанет постоянно ждать и требовать от мальчика проявлений «вундеркиндности», психическое состояние сына может заметно улучшиться.