Наши деды и прадеды выиграли войну, а мы покупаем кишмиш, потому что косточки выплёвывать тяжело и боимся выходить из дома в минус два.
В ту зиму столбик термометра подползал к минус тридцати пяти. Для Подмосковья двадцать первого века холодновато, конечно.
- Беги! Чуть пробежишь, щёки растирай. Вот так! – и бабушка показала как. – Прямо в перчатках. Перчатки чистые у тебя.
Бабушка напутствовала меня на старте.
Я уже стояла в болоньевых штанах (очень элегантно стилизованных под брюки), в сапогах на шерстяные носки, в маминой дублёнке. Она, естественно, была мне велика, зато под неё можно было много всего надеть.
Ну, например, пресловутую «медсестринскую» кофту.
- Ну чего, даю тебе медсестринскую кофту? – спросила мама ещё с вечера.
Конечно, а чего делать-то! Определение «медсестринская» приклеилось к этой кофте то ли благодаря Штанге, то ли благодаря Редькину, то ли благодаря ещё кому-то, кто их надоумил. Скорее всего третье. Cherchez la femme. Ищите женщину. Наверняка Воротилкина или Боброва.
Медсестринского в этой вязаной кофте на пуговицах было ровно столько, сколько в любой белой кофте, рубашке или блузке.
Но два дня из каждой щели только и слышалось:
- Ха-ха! Ха! Медсестра! Медсестричка! – и говорилось это таким тоном, будто быть медсестрой как минимум неприлично.
Мне в этом классе не прощалось ничего. Я не могла просто как другие ходить в кофте, в обычной кофте. Я обязательно должна быть как кто-то.
Но в тот день «обзывать» меня медсестрой оказалось некому.
Школа встретила меня непривычной тишиной.
- Да чего там, господи! Вот у меня сейчас 5 «Б». Сидит в коридоре одна Горелова Таня, - услышала я из-за приоткрытой двери учительской.
- Понятно, многодетные по-другому относятся к детям…
На истории мы с Танькой Гореловой сидели в классе вдвоём и смотрели какой-то тупейший мультик. Мультик нам включила историчка. Да я дома-то такие мультики не смотрю! Буду ещё в школе смотреть! Не для того я в школу хожу! …То есть бегаю.
Я открыла новый параграф и начала было читать его про себя. Но как тут читать, когда эти ни на секунду не замолкают: «Упс! Ауч! Береги-и-ись! У-ху-ху!» Вот и читала весь урок полстраницы.
Но мучения быстро закончились. После урока «истории» нас с Танькой отпустили. Ну а что с нами делать? Проходить новые темы? Или до шестого урока гонять нас по кабинетам и показывать мультики?
- Беги и через некоторое время лицо растирай. Вот так! – посоветовала я Таньке.
И мы с ней побежали в разные стороны. Она к себе домой, а я к себе.
***
-Ирина, а можно сегодня по зуму урок провести? А то как-то холодно, снега много, - звонит Ромина бабушка.
- Ну конечно, говорю.
Холодно? Много снега? Да я только с улицы пришла. Отдёрнула занавеску, посмотрела на градусник. Минус два.
Ещё у меня есть: "А не надо думать в меру своей испорченности!"