Фантастика. Боевик. Любовь. Монстры.
Категория 16+
Несколько месяцев болтаться в открытом Космосе в ожидании приказа к наступлению довело отряд “Квадры” до апатии. Их четыре корабля дрейфовали в сторону Альмека, не позволяя экипажу включить варп-двигатели и, как минимум, вернуться домой. Ещё один вариант предполагал присоединение их отряда к флотилии капитана Синего, и вступить в бой.
Андрей мрачно проводил взглядом группу научных сотрудников, весело щебечущих об обнаруженной станции геологов на жёлтой планете. Похоже, она давно заброшена, а это значит, что у бойцов появился реальный шанс ощутить под ногами твердыню с гравитацией, и, возможно, вдохнуть пригодный для дыхания воздух.
- Старший лейтенант Брюлов, вас вызывают на мостик, - раздался хрипловатый голос диспетчера из всех динамиков коридора корабля.
- Иду, - проворчал сам себе под нос Андрей и, резко развернувшись на каблуках, двинулся в сторону командного зала, скрипя от злости зубами. Он не выносил её. Габия Гренювене в ранге капитана “Квадры”.
Уж никто не помнит её имени, кроме Андрея. Все называли её за спиной выкидышем Богини Грозы, а в лицо - капитан Гренювене. Не потому что она была опасна в бою или уродлива… Мало ли что там, в головах у вояк? Прозвище она получила по мотивам песни не очень популярной группы прошлого века “Pyrokinesis” “Легенда о Богине Гроз”. Богиня Гроз возжелала получить сердце Океана, тот отнекивался. В итоге, она сама себя оплодотворила и родила химеру, которую не смогла полюбить. Но, как предполагали бойцы, химера всё же получила в наследство характер безумной Богини. У Габии на Земле есть полноценная семья: муж, дети. Но едва она ступила на космический флагман, как её извилины резко изменили конфигурацию. Капитан влюблялась в смазливых солдатиков и устраивала им ад, пока они не надоедали ей. Однако среди бойцов она пользовалась непререкаемым уважением за осторожность и грамотные разработки в сфере военной тактики и стратегии. Она никогда не посылала своих солдат под огонь без крайней необходимости, зачастую используя небольшие диверсионные отряды с предварительной и тщательной разведкой.
К счастью, Андрей был не в её вкусе – жилистый, сухой, с жёсткими чертами лица, с явственно выпирающим кадыком, чего капитан не выносила. Да и рост лейтенанта её смущал. Вот и сейчас, едва Андрей вошёл в зал совещаний и остановился перед ней навытяжку, капитан поджала полные губы и отошла подальше, чтобы не ломать шею, разглядывая долговязого подчинённого, чья макушка почти упиралась в потолок. Её взгляд прямо орал, что Андрей её бесит одним своим видом – сухая жердь со стальными, серыми глазами. Он весь словно высечен неумелыми руками резчика из старого дуба. Весь в занозах из едкости, стремителен, как палка, брошенная молодой овчарке, несгибаем, неприлично упорен в достижении целей, как и сама овчарка. Пёс. Деревянный, молчаливый и злобный пёс. Но нет никого в “Квадре”, способного с ним конкурировать по части силы, скорости и умению быстро принимать верные решения.
Дав ему ЦУ, Габия быстро отпустила его, стараясь не смотреть ему в глаза. Ему никто не решался смотреть в глаза.
Значит, завтра в шесть часов утра по земному времени, сразу после возвращения роботов-разведчиков “Квадра” спускается на поверхность Альмека. Отлично.
Андрей размашисто влетел в кабинет исследовательской группы и требовательно протянул руку, пристально глядя на сотрудника. Тот растерянно таращился на его ладонь несколько секунд.
- А, лейтенант, так вы за инструкцией? Да-да, сейчас, сейчас.
Белый ком засуетился, распространяя вокруг себя пары химических препаратов и пота. Андрей поморщился, взял протянутый планшет и пулей вылетел в коридор. Он едва терпел этих нерях.
Елена была исследователем, профессионалом, маниакально влюблённой в своё дело. Но от неё всегда хорошо пахло.
Нет, сам он проводить инструктаж не намерен. За него это сделает младший лейтенант Итан Холл. Бросив в руки подчинённого планшет с инструкциями, Брюлов многозначительно нахмурился.
Итан знал, что отвечать не обязательно, а потому молча включил планшет и пробежал глазами по экрану.
- Будет сделано, старший лейтенант Брюлов, - с едва заметным акцентом козырнул вояка. – Инструктаж будет проведён сегодня в восемнадцать часов в третьем зале.
- Свободен, - процедил Андрей и двинулся дальше.
До вечера лейтенант обежал все ангары и проверил готовность экзоскелетов, боевой техники и состояние танков. Его правый глаз нервно задергался, когда в отсек с экзоскелетами вошли учёные и начали шумно поднимать рамки нательной защиты. Зачем они понадобились? Что их ждёт на Альмеке, если кудрявые (так он называл про себя учёных, которые все как на подбор были лысы) внезапно вытащили из закромов корабля гибкие нательные, интерактивные доспехи, которыми никогда и никто ещё не пользовался, кроме единственной химической атаки на Земле во время испытаний?
Он зло и презрительно фыркнул, когда двое сотрудников потащили волоком тяжёлую раму к жилым отсекам, снова обдав лейтенанта запахом пота.
Наконец, один из учёных, заметив его, возмущенно раскинул руки, уронив край рамы и заорал:
- Я не понял! Старший лейтенант Брюлов, капитан отдала вам приказ обеспечить нас носками!
Ноздри лейтенанта побелели. Возмутитель спокойствия резко подался назад, роняя раму на ногу напарнику. Тот взвизгнул и обложил товарища трёхэтажными матами, однако увидев старшего лейтенанта, заткнулся и попятился. Странно, Андрей никогда не поднимал руку на своих или чужих подчинённых, но его не просто боялись, а сыпали горошками из штанин, убираясь с его пути.
Брюлов медленно разжал челюсти и зло ответил, цедя с шипением каждое слово сквозь зубы и пряча за спиной сжатые кулаки:
- Не носками, ваше сиятельство, а носильщиками. Ведь так? Ждите.
Дождавшись ответа в виде трясущейся лысой, блестящей бедовой головушки, он вскинул руку, подавая сигнал башенному ангара, и пальцами, используя специальный код, отсчитал количество солдат, которых необходимо прислать в помощь учёным. Башенный мигнул подтверждением, а через пару минут в зал вбежали две сотни рядовых, определённо сорванных с тренировки – все в белых майках и трико.
- Придурки, - крякнул в кулак Андрей и, понимая, что опаздывает на инструктаж, быстро зашагал прочь от орущих солдат и учёных.
В тёмном зале на фоне огромного светящегося экрана, Андрей чуть ли не на ощупь пробрался до свободного места и тихо опустился, стараясь не отвлечь зрителей и докладчика. Снова фыркнул, почуяв знакомый запах пота – прямо перед ним вертелась лысая башка – кто-то из учёной братии сошёл с Олимпа, дабы посетить сборище тупых головорезов, коими они считали всех бойцов.
- Почему вы опоздали? – раздалось сердитое шипение рядом.
Андрей в полутьме разглядел круглое лицо капитана. Так, выкидыш злится. Хм.
Он не ответил и демонстративно раздвинул ноги, занимая позицию хозяина. Мягкое женское колено упёрлось в его жилистое бедро. Мило. Очень мило.
А от выкидыша приятно пахнет. Уголок жёсткого рта лейтенанта дрогнул в циничной усмешке. В это время Габия остановила свой взгляд на его огромных руках с отбитыми, ярко выраженными костяшками, выступающими буро-синими венами и удивительно ухоженными ногтями на длинных и гибких пальцах. Между пальцами просветы, которые говорили о вспыльчивости владельца, что вроде бы противоречило фактам. По крайней мере, никто из бойцов не мог упрекнуть старшего лейтенанта в несдержанности и неумении контролировать себя. И, никто не видел, чтобы он кого-то поднимал на вилах, к примеру. Пожалуй, он казался, напротив, слишком спокойным, холодным и вечно, ровно злым в любых обстоятельствах.
На корабле ходили слухи, что руки лейтенанта – его ахиллесова пята. На Земле он был до призыва нейрохирургом. После каждого боя Брюлов с помощью старой, но ухоженной зубной щёточки мыл каждый палец. Поначалу это вызывало у всех насмешку. Но не теперь. Всё изменилось, когда эти руки спасли десятки жизней за двое суток во время кровавых столкновений у Альфа Центавра с одной из мутировавшей колонией людей. Но после того боя его так и не перевели в медицинский отсек. Лейтенант отказался от перевода, оставшись в боевом составе “Квадры”.
Габия перевела взгляд на докладчика, не в силах долго смотреть на руки лейтенанта. Почему-то на них было страшно смотреть. Их невозможно было представить обнимающими или ласкающими женщину – твёрдые, жёсткие, сухие, сильные. Зато легко представала в воображении картина этих рук в крови…
- Есть неподтверждённые сведения, что фауна Альмека быстро адаптируется к изменениям, - вещал в это время докладчик, меняя на экране фотографии, присланные разведчиками. – На планете отсутствуют травоядные. Есть только хищники. Однако они не охотятся на людей, если человек не станет их провоцировать. Провокацией может послужить любое выделение продуктов метаболизма таких как: пот, углекислый газ, слюна, рвота, моча и другое. По этой причине было принято решение обеспечить всех нательными доспехами, которые полностью поглощают и перерабатывают все виды секретов человеческого организма. При более плотном контакте рекомендуется отделить себя от представителя фауны Альмека щитом.
- То есть, можно ссать в штаны? – раздался откуда-то сзади вопрос.
- Да, костюм всё переработает, - подтвердил невозмутимо Холл и продолжил:
- В географическом плане, Альмек мало чем отличается от множества других, пригодных для человека планет. В атмосфере присутствует достаточное количество кислорода и необходимых газов для дыхания. Опасных для здоровья вирусов и/или микроорганизмов не обнаружено. Паразитов тоже. В озёрах есть чистая питьевая вода. Температура на координатах базы геологов в пределах комфортной. Присутствуют несколько видов животных и растений, пригодных в пищу. Стихийные бедствия случаются редко и легко прогнозируются. Опасения вызывают в основном океаны и моря. Они мало изучены. Есть предположение, что именно океан Гранта, в четырёх километрах от заброшенной базы геологов, стал причиной их исчезновения. Сведения в данный момент изучаются. Но все должны понимать, что это займёт неопределённое время, потому строго не рекомендуется подходить к воде Гранта. В данный момент наши учёные безуспешно пытаются дешифровать дневник базы. Записи не поддаются дешифровке по причине того, что геологическая группа людей была из дальней колонии Д-888, где, как известно, человечество имеет отличный от нашего язык и собственный способ невербальной коммуникации. Роботы-разведчики, отправленные для сбора данных к океану Гранта, не вернулись. Ни один. Вопросы есть?
- Да! – Выкрикнул кто-то из зала. – Может, тогда домой махнём? Что мы тут торчим? Поссать в штаны я и дома могу.
Зал заржал. Только лысый втянул голову в плечи.
Зацепив по костяному колену Андрея, поднялась капитан Гренювене и вышла к экрану, сощурившись от яркого света.
- Нам не поступало приказа возвращаться, - начала она строгим голосом. – Поступила директива занять точку на Альмеке и ждать дальнейших указаний.
- А что случилось с флотом капитана Бориса Синего?
- Да, мы хотим всё знать! – Зашумел зал. Тени голов на экране возмущённо заплясали.
- Ждём с ним связи, - отрезала капитан и повернулась к докладчику. – Если это всё, лейтенант Холл, то отправляйте всех на отдых. В шесть часов утра мы выдвигаемся на Альмек.
- Это всё, - кивнул докладчик, включая свет в зале. – Все свободны.
В общем, не известно, сколько времени им предстоит находиться на Альмеке.
Андрей поднялся и, оправив мундир, двинулся к выходу, глядя в ровную спину капитана перед собой. Какая она маленькая, эта выкидыш Богини Грозы. И такая плавная, мягкая, женственная.
Его раздражал шум, который поднялся после ухода офицеров. Бойцы справедливо негодовали, соскучившись по Земле, по своим родным. Всё это можно понять. Но он не хотел их понимать, ощущая вязкие приливы презрения к слабостям бойцов. Его никто не ждал на Земле.
Он быстро заглатывал омерзительную еду, стараясь не вспоминать домашние котлеты, которые готовила в его беззаботной юности мама. Но непрошено в ноздрях сам собой появился аромат мяса и ни с чем несравнимый - газеты, которую читал отец перед каждым ужином. Он не хотел вспоминать и мясные рулеты с черносливом, которые творила его красавица-жена Елена. Вот так всегда – запах сам приходит, когда его не ждёшь. Лейтенант залпом выпил имитацию компота и, со звоном бросив на стол вилку, покинул столовую, провожаемый обманчиво спокойным взглядом капитана Гренювене.
Андрей улыбался только глазами, стараясь скрывать свои эмоции. Идя по гулким коридорам в жилой отсек, он вспоминал забавный советско-армянский мультфильм “В синем море, в белой пене…”. Морской царь забирает у старика сына, чтобы сделать его своим наследником. Хитрец покидает лодку старого моряка с его мальчиком, превратив нижнюю часть своего тела в ракету, на которой по-английски написано “Не курить”. Почему-то этот момент очень ярко запал в памяти, как и облик его дочери-русалки с круглыми глазами, губами в пол-лица и причёской “хвостом”- хвостом рыбы. Точь-в-точь капитан Габия Гренювене. Те же круглые рыбьи глаза под светлыми, реденькими бровками домиком, крупные губы, свежо и неизменно накрашенные ядовито-алой помадой, и светлые волосы, собранные в “хвост”. Прибалтка могла бы показаться Андрею красавицей, но не отвечала его эталонам женской красоты. Он предпочитал женщин утончённых, высокого роста, тихих, вдумчивых, не надоедливых. Габия же была слишком энергична и ненасытна в плане близости с противоположным полом. Она буквально вытягивала все силы из своих избранников, порой заводя по несколько интрижек одновременно. Когда никто из офицерского состава не смог удовлетворить её ожиданий, она переключилась на рядовых. Бедные пацаны… После общения с ней, Андрею нередко приходилось отстранять от работы её жертв, бессильно выползающих с дрожащими коленками из её сектора Он давал им возможность восстановиться физически и морально, и избежать мести разъярённой нимфетки. Но каждый вечер к ней шёл очередной самоуверенный идиот. Некоторые даже позволяли себе спорить на деньги в кругу своих товарищей, что не просто выживут в постели с капитаном, но и её уделают в отместку за тех, кого укачала она. Не вышло пока ни у кого. Хм, неудачники.
Побывавшие в её постели бойцы никогда не рассказывали о том, что творилось в застенках сектора капитана. Они просто бледнели и быстро уходили прочь, избегая расспросов и прямых взглядов в глаза. О, сколько денег было проиграно! А синякам на телах бойцов главный врач лазарета японец и весельчак Хизэши Накадзима потерял счёт. Он добросовестно вёл записи, пытаясь сосчитать синяки и ссадины на жертвах неугомонной Гренювене! Пару лет назад в отсеке реактора (подальше от глаз капитана) доктор вывешивал каждый месяц статистику, доступную каждому вояке на корабле. Больше не вывешивает. Устал, наверное.
Андрей не заметил, как замедлились его шаги. Он действительно был заинтригован. Даже задал себе мысленный вопрос: а смог ли бы он выжить после контакта с выкидышем Богини Гроз? Он выжил в самых опасных боях, даже там, где из десяти тысяч солдат осталось всего пятьдесят три. Проклятая Альфа Центавра… Но когда он думал о капитане, внизу живота внезапно всё скрючивалось от неконтролируемого животного ужаса.
- Блин, пожалуй, не стоит рисковать, - вырвалось у него как-то растерянно. – Нимфетка ненасытная.
- Если хочешь быть богатым,
Если хочешь быть счастливым,
Оставайся, мальчик, с нами —
Будешь нашим королём,
Будешь нашим королём.
Будешь сеять ветер в море,
В синем море, в белой пене,
Пусть, захлёбываясь в пене,
В море тонут корабли. - Беззвучно напевал он, входя в сектор отдыха, прошёл по проходу шириной в восемь метров, недовольно поглядывая на бригады учёных. Кудрявые модифицировали программы “коридоров капусты” – как прозвали солдаты ряды рамок для личной гигиены и быстрой экипировки.
Слева возвышались трёхэтажные модули для отдыха. С третьих этажей тянулись вниз никелированные гладкие шесты, по которым жильцы могли оперативно спуститься в проход. Со второго этажа обычно спрыгивали и сразу бежали голышом к “коридорам капусты”, где безумный гений безымянного алкаша быстро приводил бойца в боевую готовность. Первая рамка – “гигиена”. Раскинув руки и по рекомендации разработчика расслабив ягодицы и широко открыв рот, войти в рамку. По поводу рекомендаций на всех четырёх кораблях отряда “Квадра” продолжают по сей день гулять глумливые шуточки. Рамка наводит марафет, выскабливает специальными опрыскивателями под давлением всё тело, чистит зубы и то, что скрыто ягодицами. Многие задавались вопросом: этот механизм чистит зубы случаем, не тем же инструментом, что и ниже спины?
Вторая рамка одевает одним ловким движением нижнее бельё. Но теперь вторые рамки будут облачать солдат в нательные доспехи, проводить медицинский экспресс-тест и выбрасывать пожёванный материал в третью рамку, где боец согнётся под весом бионической основы для экзоскелета и вооружения. С этого момента на корабле снижается гравитация, дабы не сломать хрупких человечков. На все действия трёх рамок уходит пятнадцать секунд. Выход из третьей рамки продуманно ведёт сразу в боевой сектор к экзоскелетам, а затем к перехватчикам, транспортным шаттлам и/или танкам. Про плотный завтрак или иные потребности рамки не думают. Они вообще ничего не думают. Не предусмотрено сие действие в этой инженерно-технической конструкции, не предусмотрено, увы.
Андрей сбросил с себя всю одежду на пол и, подтянувшись, ловко забрался на второй этаж, в свой модуль, который встретил его благословенной тишиной и приглушённым светом. Несколько минут лейтенант лежал и смотрел в синий потолок, потирая пальцами свой талисман на крепкой цепочке, некогда подаренный женой – аммонит в янтаре с гравировкой “Я тебя люблю”. Андрей больше не думал о том, как Елена на Земле без него. Они в разводе много лет. Но он скучал по ней, и всё ещё надеялся её вернуть, не представляя свою жизнь без этой женщины. Наверное, он однолюб. За столь длительный период он так и не встретил другую женщину, которую мог бы полюбить так, как любил Елену. Каждый раз, прикасаясь к супруге, он хотел растворить её в себе без остатка, впитать каждую её молекулу. И это стало причиной развода – Елена не смогла выдержать его страсти, его контроля, ревности, его желания постоянного и назойливого присутствия рядом с ней. Ей нужна была хоть капля свободы, которую он не мог ей дать, маниакально преследуя её даже в быту и страшась потерять. Они оба маньяки: она дышала только наукой, а он – ею, пока его не призвали в армию Альянса ОМАЗ в космические войска и не отправили сразу же к Альфа Центавра для подавления восстания мутантов.
От камня исходило удивительное живое тепло, и мужчина быстро заснул под ненавязчивое и привычное жужжание роботов, убирающих в проходах брошенную бойцами одежду.
Он проснулся резко, как от удара по лицу. Вытерев пот со лба, снова уставился в синий потолок, на котором отчётливо щёлкали цифры. До пробуждающего звука мелодичного синтетического горна ещё пятнадцать минут. Сон, что каждую ночь тревожил его… Опять тот же сон. Выстрел, и аммонит разлетается мелкими осколками, из воздуха у груди расплывается пятно крови. Он падает. Над лицом заносится тяжёлый ботинок с налипшей в протекторах грязью. Елена опускает дробовик и, взглянув вниз, плюёт в лицо бывшему мужу.
- Мне нужна моя свобода, - произносит она, убирая женственным движением пшеничную прядь с осунувшейся бледной щеки. Её тёмные, выразительные глаза под союзными бровями сверкают безумием и ненавистью.
Нет. В реальности она никогда так не поступит. Она не умеет держать оружие в руках. И она не испытывает к нему ненависть. Наверное.
Андрей слепо пошарил рукой и, найдя аммонит, сжал его в горячей ладони. Он понял ещё во время эвакуации после боёв у Альфа Центавра, что был не прав. Её жизнь и счастье в приоритете. Он должен вернуть её и всё исправить. Он обязательно вернётся на Землю и найдёт Елену, чтобы дать ей её свободу рядом с ним. Она всегда заслуживала лучшей жизни. У по-настоящему любящего человека никогда не возникнет сомнений, страха и ревности. Поздно, очень поздно это понял.
Над головой зазвучал горн, и старший лейтенант с силой выбросил себя в проход, чтобы первым добежать до “коридора капусты”. Он всегда врывался в рамки первым. И сейчас не намерен уступать другим офицерам, жующим сопли в своих модулях.
Ещё через десять минут он уже сидел в шаттле, обряженный рамками “коридора капусты” в нательные доспехи, в основу для экзоскелета, в экзоскелет, увешанный патронташами для двух модифицированных картечниц Гатлинга, встроенных в наружный остов экзоскелета по бокам, гранатами, ящиками с личными вещами, аптечкой и недельным запасом продовольствия. На коленях он держал портативное орудие Гауса. В выемке пола перед ним возвышался прозрачный щит индивидуальной защиты, с которым приказано ни при каких обстоятельствах не расставаться.
Напротив старшего лейтенанта сидит младший офицер Итан Холл. Его лица почти не видно из-за очень смуглой кожи. Но сверкают белками задорные глаза. Рядом с ним его любовник. Что ж их так и тянет сесть где-нибудь на виду у Брюлова?!
Андрей недовольно скривился: лучше бы Итана и его дружка отправили в другой отряд. К примеру, к старшему лейтенанту второго корабля “Квадры”, который слывёт настоящим везунчиком даже в самых, казалось бы, безнадёжных ситуациях. Этот Холл просто источник неприятностей. Он их притягивает, как магнит. Однако страдают рядом с ним другие, но не он. Где Холл – там беда. Проверено.
Шаттл спускался быстро. Слишком гладко. Ни одной воздушной ямы не словили. Ни разу не тряхнуло порывом ветра при приближении к поверхности чужой планеты. Плохая примета. Очень плохая. Однако транспортник чуть дрогнул, касаясь твёрдого, искусственного покрытия взлётно-посадочной площади, оставшейся от исчезнувших геологов во вполне приемлемом виде.
Андрея бесил грохот экзоскелетов, спускающихся с трапа – он не слышит незнакомую планету. Он должен слышать её. Брюлов напряжённо и недоверчиво оглядывался по сторонам, но ничего опасного не видел. Недоверие вызвали лишь небольшие, диаметром не более семи сантиметров, бессистемно расположенные отверстия в настиле площади. Местами их было много, а где-то всего по два-три, группами. Что это такое? Намеренное инженерное решение сгинувших геологов или здесь поработали силы природы?
Солнечная погода, каменная пустыня, зализанная ветрами и песочными бурями, почти полное отсутствие растительности. Вдалеке, примерно в километре возвышаются купола мобильного небольшого города геологов и тёмные тела брошенной рабочей техники. Никаких оборонных орудий. Никаких башен слежения. Ничего. Геологи были уверены в безопасности?
- Отряд башенных вперёд, - отдал он приказ.
В первую очередь необходимо обеспечить город устройствами слежения и орудиями на случай нападения.
Из шаттла потянулись цепочки тягачей, окружённые эскортом защиты из маневренных, небольших танков. Тягачи тащили интерактивные башни с кабинами для операторов. Установка башен по периметру города не займёт и пяти минут. Но медлительным тягачам потребуется больше часа, чтобы добраться до города.
Бойцы в экзоскелетах окружили шаттлы, прибывшие со всех четырёх кораблей “Квадры” и внимательно осматривали пустыню.
- Вижу объект, - прошуршало в гарнитуре. На маленьком мониторе забрала появилось транслируемое изображение: в сторону шаттлов двигалось нечто живое.
- Всем внимание, - разжал губы Андрей, - Огонь не открывать. Поднять щиты. Закрыть забрала, включить дополнительные фильтры нательных доспехов. В контакт не вступать. Держать дистанцию не менее трёх метров. Боком и спиной не поворачиваться к объектам.
- Принято.
Боковым взглядом Андрей заметил приближение последнего шаттла с капитаном. Корабль шёл бесшумно, мягко, будто крадучись. Опустился в пятнадцати метрах от остальных шаттлов, и люди двинулись к нему, поглядывая на близкий горизонт с нарастающими пятнами неведомых существ.
- Капитан Гренювене, вы слышите меня?
- Да, старший лейтенант Брюлов.
- Оставайтесь в шаттле. У нас гости.
Ответа не последовало, но красный шаттл капитана ощетинился дулами оборонных башен. Шлюз не открылся. Значит, капитан приняла верное решение и взяла под прицел представителей фауны Альмека. Отлично. Одной проблемой меньше. Никто не знает, как среагируют объекты, заметив движение.
Бойцы замерли с компактными орудиями Гауса в руках и выставили перед собой прозрачные щиты. Их экзоскелеты с тихим звоном потянули патронташи, заряжая картечницы Гатлинга. Такой же звон издал экзоскелет Брюлова. Лейтенант ощутил, как тело задрожало от вибрации работающего механизма. Ноги доспехов медленно и осторожно начали расширяться, впивая стальные когти в твёрдый настил площади, чтобы занять позицию, при которой отдача картечниц не перевернёт экзоскелет и его оператора. Земля под ногами робота заскрипела, раздался хруст отламывающихся осколков поверхности.
В рации снова зашуршало:
- Командир башенных докладывает: город готов принять “Квадру”.
- Принято, - раздался шелковистый ответ капитана Гренювене. – Стоим.
- Принято, - отозвался Андрей и три других лейтенанта.
Приказано ждать гостей и не двигаться. Стоим, значит. Стоим.
Андрей с удивлением и очень медленно поднял руку, просунул пальцы в перчатке под забрало и коснулся полузакрытого лба. Как это вышло? Пот потёк из-под мягкого шлема нательных доспехов? Этого не должно было произойти!
- Капитан Гренювене, мои нательные доспехи неисправны.
- Мои тоже, - отозвался Итан Холл. Следом за ним эфир заполонили сообщения других офицеров и солдат. Нательные доспехи не работали ни у кого!
- Внимание всем! – Прервала стенания капитан. – Всем перегруппироваться. Выстроиться во фронтальной плоскости моего шаттла, под кабиной, прямо под орудиями, сомкнуть щиты!
- Принято.
Едва бойцы заняли позиции, шаттл капитана одним мощным рывком распахнул все свои шлюзы, надёжно закрывая солдат трапами, но открывая доступ противнику внутрь корабля. Над головами бойцов раздались гул и скрежет движущихся танков. Так, выкидыш Богини Грозы хитра, аки лиса. Она закрыла доступ в корабль танками.
Андрей не удержался и восхищённо свистнул. Эта озабоченная дама не даст никого из своих любовников в обиду. Он метнул смеющийся взгляд на рядом стоящих бойцов и встретил удивлённо вытянутое лицо Итана – тот никогда не видел старшего лейтенанта Брюлова улыбающимся.
Более половины состава побывали в постели капитана. Она не оставит их в беде, барану ясно. А ему бы и в голову не пришло использовать таким креативным способом могучие трапы офицерского шаттла. Все бойцы оказались в импровизированной пещере, защищённые с флангов и с тыла. Ай да Гренювене!
Любой другой капитан выбрал в этом случае лишь одно из двух решений: либо вернуть всех на шаттлы, либо занять круговую оборону. Быстрое возвращение на шаттлы в экзоскелетах не представляется возможным, так как громоздкие роботы имеют дурацкое свойство переворачиваться на наклонных крутых плоскостях. Упадёт один, и эвакуация провалена, будут подвержены опасности остальные. Круговая оборона в условиях столкновения с неизвестным видом существ не эффективна. Под брюхом капитанского шаттла больше шансов выжить.
Андрей аж повёл от удовольствия плечами и вскинул орудие, готовясь отражать атаку. На его левое плечо бухнулось дуло пушки Гауса бойца, стоящего за его спиной.
- Не ссы, это я, - послышался мягкий тенор с акцентом.
- Ты-то что здесь делаешь? – Андрей до хруста попытался повернуть голову, чтобы взглянуть в узкие глаза Хизэши Накадзимы.
На самом деле он был рад, что его спину будет прикрывать японец-хирург общей практики, а не лейтенант Холл. Два хирурга лучше друг друга понимают…
- С вами отправили. Так-то, не очень хотелось. Но приказ, есть приказ.
- Внимание! Объекты на расстоянии двести метров, - сообщил башенный капитанского шаттла.
- Объекты? – Переспросил один из лейтенантов. – Повторите, плохо слышу!
- Объекты, численностью более трёх сотен на расстоянии сто пятьдесят метров. Скорость не меняется.
Брюлов настороженно включил зуммер на забрале. Действительно, группа существ приближалась спокойным шагом. Не похоже, чтобы они собирались нападать. Но и приятного в этом контакте мало.
- Сто метров.
Глаза Андрея медленно расширялись. Пальцы разжались, выпуская оружие. Остальные бойцы тоже роняли пушки Гауса и отпускали контроль экзоскелетов, готовых открыть огонь из картечниц. Бойцы сглатывали слюну, боясь моргнуть и отвести взгляд.
Существа остановились в двадцати метрах от отрядов, скрывающихся под брюхом корабля.
Андрей взял себя в руки, не веря своим глазам, медленно потянул за ремень обронённое оружие и просипел сдавленным шёпотом в рацию:
- Внимание! Оружие наизготовку!
Он снова сглотнул, зажмурил с силой глаза и снова открыл их, надеясь, что увиденное исчезнет. Нет. Елена стояла перед ним. То есть её верхняя половина тела торчала из конгломерата, наподобие раздавленного гигантского жука-носорога с извивающимися щупальцами из-под кривых, мокрых крыльев. Блики крыльев слепили глаза, но не узнать лицо любимой женщины Андрей не мог. Однако другие бойцы не видели того, что видел он. Их сознание просто отключалось, оставляя тела дееспособными.
Он облизнул пересохшие губы и, заметив, что никто так и не выполнил его приказа, рявкнул в рацию зло и громко:
- К оружию! Готовься!!!
Его крик отрезвил растерянных бойцов, заставив спешно подобрать оружие и, уложив дула на края щитов, прицелиться.
- Стоять! Ждать! – Орал Брюлов, разбивая своим хриплым голосом странное наваждение. – Ждать! Ждать! Смотреть в оба!!! Никому не двигаться с места! Подтвердите, что слышите меня! Капитан, Христа ради, включи сирену! Бойцы засыпают!!!
Опускающиеся было орудия шаттла, вздёрнулись. Солдат оглушила сирена, вынудив их затрясти головами. От равномерного завывания, существа отпрянули назад, но не ушли. Они поворачивали головы, словно вслушиваясь в сирену, зашевелили конечностями. Они определённо знают этот звук.
Андрей слышал за плечом тяжёлое, судорожное дыхание своих подчинённых. Палец уверено опустился на гашетку. Нельзя поддаваться панике, страху и наваждению.
- Подтвердите, что слышите меня, - уже спокойно проворчал он в рацию.
- Слышим, - посыпались неуверенные, дрожащие голоса со всех сторон и в рации.
- Отлично, ребята. Это гипноз. Спокойно. Всем сохранять позицию.
- Принято.
- Принято.
Брюлов криво усмехнулся и подмигнул одному из монстров. Тот вытянулся стрункой, пытаясь разглядеть его лицо сквозь щит и забрало. А, вот оно что! Эти твари и видят неплохо. Сразу осознали, что самое вкусное спрятано в скорлупе из стали.
- Слушай приказ! Затемнить забрала!
Тёмно-синий фильтр мгновенно изменил формы существ. Нет никаких людей, застрявших в раздавленных жуках. Монстры напоминали скорее медуз в глянцевых панцирях с небольшими влажными наростами. Их щупальца неуверенно ощупывали покрытие площади, нарываясь на отверстия, резко отдёргивались и ползли дальше, в сторону солдат.
Интересно, где у них уязвимые места?
Андрей включил оптический прицел и стал внимательно изучать каждый сантиметр монстра. Нет головы. Не ясно, где мозг или что-то, что заменяет его. Если это и вправду сухопутная медуза, то мозга у неё нет. Тогда, куда стрелять, чтобы поразить цель с одного выстрела? Сердце? Не похоже. Чёрт.
Лейтенант резким движением вытер пот со лба кончиками пальцев и снова прильнул к прицелу.
- Капитан Гренювене! Вы видите у них уязвимое место?
В рации раздался смешливый кашель. Выкидыш Богини Грозы не верила своим ушам – легендарный боец, выживший у Альфа Центавра просит её о помощи?
Всё же она взяла себя в руки и ровно ответила:
- Старший лейтенант Брюлов, обнаружено интеллектуальной системой наведения место для эффективного выстрела – справа, под крылом противника есть красное пятно. Будем пытаться бить туда.
- Понял.
Да уж, они в невыгодном положении. Чтобы попасть в означенную цель необходимо зайти противнику с фланга, что совершенно в данной ситуации исключено. Либо ловить это чудо-юдо в его прыжке, поднырнув под это хлипкое, бесформенное тело, что может оказаться крайне опасным делом – никто не знает, какие секреты скрывает брюхо твари. Да и тот ещё вопрос: а умеют ли они прыгать?
Один из монстров, тот, что заметил подмигивание лейтенанта, двинулся в сторону убежища солдат, по пути разматывая свои щупальца всё больше и больше.
Существо приблизилось почти вплотную к Брюлову, который застыл на месте, стараясь не дышать. Солдаты тоже притихли, держа на прицеле остальных гадов, и опасливо косясь на контактёра.
- Ну, и какого тебе хрена надо? – процедил тихо Брюлов, опуская дуло к правому боку твари, и надеясь одним выстрелом в случае необходимости пробить глянцевое крыло, скрывающее заветное красное пятно. Да, панцирь состоит из двух крыльев. Или борозда посередине “спины” лишь имитация двух крыльев?
Тем временем существо вытянуло к лейтенанту щупальце и осторожно коснулось щита, попыталось обойти его, но Андрей плавно двигал щит за щупальцем, не позволяя ему проникнуть за его пределы. Он не заметил, как второе щупальце уже исследовало его ногу, заключённую в стальные “кости” экзоскелета. Оно поднималось всё выше и выше.
- Старший лейтенант Брюлов, - шёпот стоящего рядом Холла почему-то вызвал у Андрея неприятное предчувствие.
- Да, лейтенант Холл.
- Оно обошло ваш щит снизу, справа.
Брюлов медленно опустил глаза. Щупальце поднялось напротив его забрала по груди и замерло. По спине лихо катились крупные капли пота. Андрей пристально смотрел на кончик щупальца, осторожно вынимая из ножен тяжёлый армейский нож. Он знал, что кто-нибудь из бойцов наверняка держит тварь на прицеле, готовый выжать гашетку портативной пушки. Он метнул взгляд на замерших солдат. Точно, трое держат тварь под прицелом. Один из троих не выстрелит – его губы белы и трясутся. Парень может потерять сознание от страха. Двое других нервничают, но справятся. Отлично.
- Не допусти прикосновения к своей коже, - раздалось напряжённое шипение в рации.
- Да, капитан Гренювене, - едва слышно выдавил Брюлов и медленно отвёл ножом щупальце в сторону, направив его на своё левое плечо, прямо под дуло стоящего позади Хизэши. Он не стал говорить, что монстр всё же коснулся его щеки, впитав крупную каплю пота.
– Детка, ты лучшая. Твоя кожа такая гладкая. Я хочу прикоснуться к тебе. Ты невероятно прекрасна. Знала об этом? Скажи, что ты думаешь о свидании со мной? – шептал Брюлов задумчиво, мелодично, словно пел песню без музыки и рифм. Его картечницы медленно и осторожно опускались всё ниже, выцеливая предположительную точку для выстрела.
В эфире повисла удивительная тишина. Солдаты потрясённо кидали друг на друга взгляды. Они не понимали, что несёт их командир.
- Ты это мне, малыш? – томным, игривым шёпотом пролепетала капитан. В её дыхании послышалось вожделение. Так всем показалось.
- Нет, капитан Гренювене, простите, но не вам. Ей. Этой… Этой медузе.
- Извращенец! – Голос капитана остро врезался в уши истеричными нотами. - Арклио азилас! Арклио! Азилас! Точка!
В эфире появились странные звуки то ли рыданий, то ли дикого ржака. А может, и того и другого. Солдаты начали сдавлено хихикать, затем кого-то прорвало столь смешным, писклявым и заразительным смехом, что вокруг Брюлова загремели трясущиеся экзоскелеты, звеня патронташами. Мужики выли, хохотали и корчились, стараясь удержать на прицеле неизвестного противника.
Медуза внезапно осела и начала быстро отступать. Вся стая хищных аборигенов ретировалась, оставив ржущих бойцов.
- Ну, же, буде вам, капитан Гренювене, - примирительно и непривычно ласково заговорил Брюлов в рацию, поведя печами и пытаясь расслабить мышцы спины. – Буде вам обзывать меня лошадиной задницей. Поймите же, наконец, что лучше русского мата, страшнее ругательств в мире ещё не изобретено.
Но в рации прорвался её безудержный хохот.
Андрей вздохнул и расслабился, поглядывая на манипуляции Хизэши. Плановая медкомиссия спустя два месяца пребывания на Альмеке. За стенами лазарета громыхал хохот бойцов, смотрящих на улице какую-то комедию. Смех отгонял от защитной стены города монстров. Но эффективность такого необычайного способа обороны постепенно снижался – гады начинали привыкать к пугающему смеху людей. Башенные всё чаще открывали огонь, сметая незаметно взобравшихся на стены тварей. Время спокойной жизни определённо подходит к концу, а от капитана Бориса Синего по-прежнему нет никаких вестей, как и от командования Альянса ОМАЗ. Капитан Гренювене добросовестно и ежедневно, тратя по несколько часов, проводила в диспетчерской, прилагая все усилия, чтобы связаться с Землёй, командованием ОМАЗа или с капитаном Синим. Но всё было тщетно.
Её круглое белое лицо становилось с каждым днём всё мрачнее, а в её сектор как вторую неделю не переступала нога ни одного мужчины.
Тревожили и кудрявые. Они поставили исследовательскую палатку прямо на группе отверстий в земле. Изучали эти отверстия зондами, пили водку, орали песни, снова спускали глубины чужой планеты зонды, заливали туда контрастную субстанцию, надеясь собрать хоть какие-нибудь данные. Но всё безрезультатно. Эти отверстия и в городе и в пустыне Андрею не нравились. Очень не нравились.
Мысли лейтенанта вернулись к капитану.
- Она не заболела? – Спросил Андрей сам себя, но вслух.
- Чего? – Переспросил Хизэши, увлечённо просматривая бегущие строки на мониторе.
- Я говорю, что наша капитан Гренювене, кажется, заболела.
Главный врач повернулся к нему с искрящимися от смеха глазами. Андрей не знал, что капитан в это время находится рядом, за ширмой, и тоже проходит обследование.
- С чего это ты вдруг озаботился здоровьем капитана? – Хитро прищурившись поинтересовался врач, меняя присоски на сгибе локтя своего подопечного.
- Не приглашает к себе очередную жертву, - пожал плечами Андрей.
Габия вытянулась в сторону ширмы, рискуя упасть с кушетки.
- А почему ты сам к ней не пойдёшь? Ты же в отряде “Квадра” самый выносливый и сильный.
- Люблю быть во всём первым или, на крайний случай – вторым, - нахмурился Брюлов. – Не хотелось бы, чтобы меня сравнивали, пытаясь как-то выделить из трёх сотен предыдущих. Не на помойке меня нашли, знаешь ли.
Ширма колыхнулась от сдержанного вздоха ярости и негодования.
Японец метнул взгляд на ширму и, скрывая улыбку, снял присоски с руки старшего лейтенанта.
- А ты сам-то у неё был, Хизэши? – Андрей потянул полы рубашки и начал застёгивать молнию, опасаясь прищемить густую чёрную поросль на груди и затерявшийся в ней аммонит.
- Был, - ещё шире улыбнулся японец. – Я там был каждый раз, когда к ней приходил очередной неудачник. Так сказать, фиксировал процесс…
- Что?! – Андрей подорвался. Его лицо покрылось странными пятнами то ли возмущения, то ли растерянности.
В тот же самый момент на него обрушилась ширма, послышался грохот упавшего тела, кряхтение, возмущённый вскрик медика и скорый топот к выходу.
- Да стойте же, капитан Гренювене! – Орал доктор из соседнего блока. – Мы же не закончили!
Андрей медленно повернулся к японцу, уверенный, что он знал о нахождении капитана за ширмой, и тот прочитал на его лице всю гамму ужаса, злости, смущения и обещание удара под глаз.
За ужином в столовой Брюлов слушал весьма приукрашенные сплетни о неудачных похождениях доктора Хизэши Накадзимы в покои её величества капитана Гренювене на вынужденную аудиенцию. Вернулся доктор с “фонарями” под обоими глазами. Странно, Андрей ударил его только под левый глаз… Надо спуститься в отделение реактора, может, появилась снова статистика по травмам, полученным в постели выкидыша Богини Грозы?
Брюлов задумчиво жевал некую питательную смесь, не заметив, как напротив села капитан. Пристально глядя на старшего лейтенанта, Габия принялась за еду. Остальные бойцы оперативно освободили стол для двух явно враждующих офицеров. Напряжение нарастало так, что казалось вот-вот вспыхнут искры, а воздух загорится.
Андрей оторвал взгляд от тарелки и столкнулся с ледяными глазами женщины. Та невозмутимо проглотила кусок и чётко сказала:
- Жду вас сегодня в двадцать два часа по ЗВ у себя в секторе. Вам ведь нужно удовлетворить... Удовлетворить любопытство?
По столовой пронёсся едва сдерживаемый вой – все бойцы, повара и дежурные застыли глядя на огромную сухую жердину лейтенанта и маленькую, нежную блондинку, которая едва доставала ему до груди. Те испепеляли друг друга бешеными глазами.
- Это приказ, старший лейтенант Брюлов, - добавила ещё громче капитан самым ледяным тоном, на какой была способна и опустила голову к еде.
- Принято, - скрипнул зубами Брюлов.
Он не помнил, как покинул столовую на ватных ногах. Шёл по коридору, цепляя длинными пальцами косяки аварийных рамок, удивляясь полной пустоте в голове. Слушал переговоры башенных в рации, висящей на его плече, и не заметил, когда они внезапно все стихли. Последнее сообщение о приближении большой стаи монстров с южной стороны. Но это не страшно – скоро включат комедии, и солдаты пойдут ржать…
Остановился у большого овального окна. На Альмеке почти как на Земле: уже стемнело, и тёмно-синее небо засверкало бриллиантами звёзд, выделяющими своим томным светом мягкие, как Габия Гренювене облака…
Андрей в недоумении остановил свой взгляд на человеческой фигуре, стоящей на защитной стене города. Определённо человек плевал со стены в сторону обнаруженных башенными приближающихся стай монстров и что-то орал на английском.
Быстро подтянув гарнитуру, Андрей рявкнул:
- Башенный 202! Башенный 202! Убрать со стены человека! Убрать нарушителя!!! Башенный 202!!!
Рация молчала.
- Башенный 201! Чёрт! Башенный 200! Башенный 203! Да где вы, мать вашу?! Капитан Гренювене!
- Да, - отозвался уставший голос.
- Тревога! Башенные не отвечают! У нас нарушитель на южной стене! С Юга приближаются стаи тварей! Капитан Гренювене, что с нательными доспехами? Их починили?
- Да. Рамы готовы к работе.
В следующее мгновение весь город взорвался оглушительным рёвом сирены и безэмоциональным голосом:
- Внимание! Это не учебная тревога! Земля. Земля. Нарушение периметра оцепления с южного направления! Внимание! Это не учебная тревога!
Андрей прыгнул в первую же раму, раскидывая в прыжке руки в стороны. Тело мгновенно облепили платы гибких, холодных элементов нательных доспехов. Следующая рама – мягкий удар со всех сторон облачил тело и голову в бионическую основу. В третью раму Андрей шагнул, вытягивая руки вперёд. В ладони опустилась портативная пушка Гауса, а снизу вверх с громкими хлопками и звоном схлестнулись стальные кости экзоскелета, закрывая своего оператора. В спину толчок – экзоскелет принял остальное вооружение. Со стены Брюлов сорвал два армейских ножа, сунул их в набедренные ножны экзоскелета и шагнул из рамы прямо на улицу. Город полыхал прожекторами. Южная стена стремительно покрывалась трещинами.
Быстро оглянувшись и убедившись, что из стен выпрыгивают бойцы, Андрей кинулся к стене, на бегу поднимая щит и пушку. Приклад оружия предусмотрительно вжал в плечевой держатель и приник щекой к коллиматорному прицелу. Рядом грохотал ещё один робот. Андрей не смотрел на него – не было времени. Стена рухнула под напором тварей!
- Башенные ресурсы!!! – Заорал он в рацию, открывая огонь по темной каше тел со взлетающими вверх щупальцами. – Включить башенные ресурсы!
- Пехоте сместиться на двадцать градусов влево! – прозвенел голос капитана в рации. – Подтверждаю башенные ресурсы!
Андрей, продолжая палить из всех стволов, двинулся в сторону, освобождая путь танкам. Из центра города пилоты поднимали шаттлы. Взревели вновь запущенные башни обороны, заливая огнём противника. За попыткой удержать южную стену, никто не слышал, как орали от боли и ужаса умирающие учёные в своих исследовательских палатках – из отверстий в земле хлынули твари, напоминающие зелёный кисель.
- Периметр прорван, - простонал кто-то в рацию хриплым голосом. – Внимание! Периметр прорван! Твари в городе! Они повсюду!
Убедившись, что танки сдерживают монстров у южной стены, Брюлов развернул бойцов своего отряда в сторону города в ожидании удара. И не ошибся: волна хищников накатила внезапно из темноты, смяв последний ряд танков, впечатав раздавленные машины в землю.
- Заряды! – Крикнул Андрей. – Экзо-100 запрашивает заряды!
Он видел, как маневрируют среди беснующихся тел тварей роботы, тащащие заряды для танков и экзоскелетов. Один из роботов попал в захват щупалец и включил самоуничтожение. Взрыв сотряс здания, а вокруг вскипело гигантское пятно сваренных ошмётков монстров.
Совсем близко раздался женский голос:
- Экзо-500 запрашивает заряды!
Дальше-больше:
- Экзо-98, заряды!
- Экзо-76, заряды!
- Экзо-431, заряды!
У пехоты и артиллерии слишком быстро заканчивались патроны, батареи для пушек Гауса и снаряды. Слишком быстро… В ход пошли гранаты и миномёты.
- Перегруппироваться! Отряд Брюлова к точке АК-14! Отряд Христо Димитрова к точке АН-3! Отряд Михеева к точке ТК-14 вернуться на прежнюю позицию! Башенные 201 и 202 обеспечить огневое прикрытие Михееву!
- Принято!
- Отряд Альфа за мной!
Андрей метнул взгляд на пробежавший вперёд алый экзоскелет и двести бойцов с крупными буквами “А” на спинах. Личная гвардия капитана Гренювене. Но едва алый отряд покрыл сто метров, как земля под ними взорвалась гигантскими змеями с шипами. Экзоскелеты разлетелись в стороны, кроша в своих стальных утробах людей. Мимо шлема Брюлова, как в замедленном кино пролетел шлем капитана с кровью внутри.
- Нет, - прошептал он, не веря своим глазам. – Капитан ранена! Прикройте!
Брюлов, не слушая крики в рации, бросился в самую гущу змей, стреляя из всех стволов и продвигая себя щитом шаг за шагом. Поставив на автоматический огонь орудия экзоскелета, Андрей выпрыгнул из робота и быстро принялся за дело. Предстояло извлечь Габию из её покорёженного до неузнаваемости защитника, активизировать на спине своего робота санитарную капсулу, поместить туда пострадавшую, снова влезь в экзоскелет и отступить, чтобы оказать помощь.
Жива. Жива…
Андрей, пригибаясь под дулами своего ревущего робота, быстро нёс маленькое мягкое тело, липкое от крови и шептал:
- Живи. Слышишь, живи, выкидыш Богини Гроз. Дыши, маленькая, дыши же, давай.
Под его руками натянулась мутная плёнка санитарной капсулы, скрывая Габию. Она что-то шептала, глядя расширенными зрачками на него.
- Прими командование, Брюлов, - наконец, услышал он в рации.
- Нет, капитан. Моя работа спасать, а не убивать. Я на войну пошёл за этим. Прости.
Внезапно его робот смолк. Вертящиеся, уже оплавленные дула картечниц дымились, больше не издавая ни звука. Андрей медленно выпрямился, нащупывая на бёдрах ножи. Чёрт, они же в костях экзоскелета!
- Не делай резких движений, - прошелестел знакомый тенор японца в рации. – Очень медленно залезай в робота и отступай. Ты под прикрытием. Твари отступают. Похоже, то, за чем они пришли, получили.
- Что ты имеешь в виду, Хизэши?
Андрей аккуратно занёс ногу на ступень робота и начал подниматься, осматриваясь по сторонам одними глазами – змеи уходили под землю в свои отверстия. Исчезли и другие монстры. Башенные орудия молчат. Танков не слышно. Жжужат только шаттлы, контролируя отступление тварей. Вокруг всё устелено разбитыми роботами и разорванными телами людей. Некоторые экзоскелеты с активированными санитарными капсулами тоже лежат недвижимые и без операторов. Операторы, которые попытались помочь своим раненным товарищам лежат рядом мёртвые. Не успели добраться до своих защитников.
- Потом всё объясню. Я уже вернулся в лазарет с раненными, и жду тебя. Тебе подготовить операционный стол?
- Да. У меня будет очень мало времени на операцию.
- Понял. Буду тебе ассистировать.
Сглотнув ком в горле, Брюлов запрыгнул в тело своего робота и направился к лазарету.
Трое суток без отдыха и сна. Михеев с сочувствием посмотрел на спящих Брюлова и Накадзиму в углу операционной, прямо на холодном кафельном полу. Оба похожи на панд: бледные лица с тёмными кругами под глазами. А у Хизэши ещё и два “фонаря” под глазами. Точно панда. Даже маски не сняли. Руки, затянутые в перчатки по локоть в засохшей крови. Пол у стола усыпан трубками, ватными тампонами, обрезками бинтов, выроненными инструментами, извлечёнными из тел частями шипов монстров. У стены тазы с ампутированными конечностями, которые даже некому было вынести.
Они сделали всё возможное, но не всех удалось спасти.
- Христо, давай, отнесём их на кушетки.
Димитров вошёл следом за Михеевым и бережно поднял длинное, но очень тяжёлое тело Брюлова. Затащил его на носилки.
- А он точно живой?
- Живой. Понесли?
Но Брюлов оказался им не по зубам. Он внезапно проснулся, вскочил с носилок и, срывая с себя перчатки и маску, кинулся к палатам интенсивной терапии.
Михеев и Димитров переглянулись, пожали плечами и загрузили на освободившиеся носилки японца, чтобы отнести его в комнату отдыха.
Брюлов глубоко вздохнул и открыл дверь. Некоторое время смотрел на белое лицо с пухлыми губами. Тёмные ресницы бросали роскошную тень на нежные щёки. Выкидыш Богини Гроз легко отделалась. На мониторах BeneView Т800 показания стабильны. Габия поправится.
Облегчённо вздохнув, лейтенант осмотрел женщину и, не удержавшись, коснулся её щеки кончиками пальцев. Ресницы дрогнули. Габия смотрела на него чуть изумлённо и растерянно, затем нахмурилась.
Она попыталась подняться, но Андрей внезапно склонился и прижался губами к её губам. Нежно, осторожно, бережно. Его сильные пальцы срывали аммонит с груди. Он многое узнал. Очень многое от Хизэши во время проведения операций и спасения раненных.
Габия в разводе. Габия ни с кем из подчинённых не спала. Габия в своём секторе проводила среди бойцов разных отрядов отбор для своего отряда Альфа. В секторе капитана приглашённых ждали её личные бойцы, которые устраивали презабавные испытания для кандидатов. А Хизэши для Гренювене записывал результаты, чтобы позже определиться с решением. И всё. Два года Габия молча выносила ушаты грязных сплетен…
Хизэши передал ему электронное письмо с Земли от Елены, которое тщательно им скрывалось, чтобы не причинить Брюлову лишних страданий. Елена вышла замуж за другого, и у неё уже двое сыновей от нового мужа-учёного. Да уж, каждому свой путь.
В перерыве между операциями, в подтверждение своих слов японец показал сектор капитана, ни мало удивив Брюлова, который обнаружил на рабочем столе Габии собственную фотографию пятилетней давности. Этот факт что-то перевернул в сознании Брюлова. В тот момент на его глазах выступили скудные, но тем ценные слёзы. Не ценил Габию, не замечал, презирал. И едва не потерял.
Михеев окинул зал смущённым взглядом, прежде чем приступить к докладу. Он и сам в этот момент не знал с чего начать и, сделав глубокий вдох, выдавил из себя первые слова. Дальше пошло легче.
- Итак, командование ОМАЗ, наконец, завершило войну. Все войска ОМАЗ расформировываются. Бойцы отправляются в увольнение с льготными выплатами и пожизненной пенсией. Капитан Борис Синий одержал победу и, выдвигаясь к Альмеку, попал в зону с электромагнитными помехами и, по этой причине, мы не могли с ним связаться. Завтра в двенадцать часов по ЗВ его корабли присоединятся к нашему отряду “Квадра” для совместного возвращения домой, на Землю.
Зал взорвался ликующими воплями и аплодисментами.
- А что делать с монстрами, которые убили половину нашей армии? – Внезапно прорвался злой возглас из зала.
Все дружно оглянулись на любовника младшего лейтенанта Холла.
К трибуне выступил доктор Хизэши Накадзима. Он поднял ладони, призывая всех к тишине. Его рот скривился в насмешливой, иронично-злой ухмылке. Зал затих, внимая ему.
- Хотелось бы объяснить массированную атаку тварей Альмека на город. В первый же день был проведён инструктаж. Так? Было подробно объяснены и разжёваны основные правила защиты от них. Но кое-то решил, что может пойти против законов природы чужой планеты. Наши погибшие учёные сделали огромный вклад в изучение местной фауны. Так, они выяснили, что твари искали новые генетические связи для своего развития. Для этого им нужны были люди. Геологическая группа, бесследно исчезнувшая до нашего прибытия, погибла не по вине монстров, а по собственной неосторожности, подняв бурильную установку на побережье океана Гранта. Всё побережье Океана оказалось нестабильным. Вся территория, прилегающая к воде представляет собой няшу, сливающуюся с береговой линией. Бурильная станция вместе с геологами целиком ушла в трясину. Никому не удалось выбраться. Мы нашли бурильную станцию. Выживших нет. А вот атаку монстров на наш город спровоцировал младший лейтенант Итан Холл. Для лучшего понимания нужно здесь кое-что пояснить. Во время нашего первого контакта с местной фауной, старший лейтенант Брюлов спроецировал свой характер на матрицу твари, которая его изучала. Он позволил монстру взять образец своего ДНК. Его характер, его видение мира и отношение ко всему окружению стали основой для развития хищников Альмека. Все мы знаем, что Брюлов не выносит нечистоплотных и дурно воспитанных людей. А перебравший спирта лейтенант Холл, перерезал всех башенных и глубоко оскорбил хищников, задел их за живое. Они не могли, как и Брюлов, не реагировать на скотское отношение. Монстры пришли за ним. И если бы не стали открывать огонь, они ушли бы сразу.
Бойцы растерянно поглядывали на Брюлова, руки которого затряслись. Он чувствовал свою вину за гибель товарищей во время прорыва защитного периметра города. Габия взяла его руки в свои и уверенно посмотрев в глаза, беззвучно шевельнула пухлыми губами:
- Я с тобой, любимый.
- Чем Холл мог оскорбить монстров? – Растерянно спросил Михеев, оглядываясь на бледного Брюлова.
- Плевком, - развёл руками доктор и, сделав паузу, широко улыбнулся и продолжил:
- Плевок взбесил тварей. Им нужен был только Холл. Да и что его ждало бы после необоснованного убийства шестерых башенных? Расстрел.
Итак, не забудьте, что завтра в десять часов по ЗВ капитан Гренювене и старший лейтенант Брюлов сочетаются браком. Всех ждём на площади. И, чур, никому не плеваться.