Виктор Радионов - Эвенк показавший мне пример мужества

Николай Абоимов

Неделю мы добирались на оленьих упряжках от Бомнака до верховьев реки Ток. На ключе Улягир главная база оленеводческой бригады.

  Я здесь впервые и мне всё нравиться. Здесь большое как дом зимовье, внутри обклеенное репродукциями картин и фотографий из журналов,

напоминает картинную галерею.

Нас шестеро пастухов, я всех уже хорошо знаю.

 В разговорах они часто вспоминают охотника Виктора Родионова, он промышляет где-то выше по Току. Приехал он дня через три. Что меня в нём удивило- у него не было правой руки. Не смотря на это, он ловко подъехал на оленях, запряжённых в три нарты. Мы вышли помочь ему, но

он и сам ловко распрягал оленей и привязывал их к деревьям. С одной из нарт он достал двух глухарей и занёс их в зимовье. Вечером мы ели лапшу

из глухаря. Теперь я разглядел его внимательней. Невысокий, худощавый, с особым блеском внимательных чёрных глаз.

  За ужином он рассказал о проведённых днях охоты , достал добытых соболей и стал отминать на коленях. На следующий день он повёл меня к своим оленям, показал на одного из них и

 сказал: « Это мой передовой, возьми его себе, с ним ты научишь молодых оленей, которых наберёшь для своей связки. Впоследствии так и получилось, и этот олень получил от меня кличку « Учитель». Как-то он предложил мне поехать с ним на охоту за согжоями. Мы поехали верхом на седовых . Спускаясь по распадку, он первым увидел их, обернулся ко мне и сказал: « Коля , привяжи седового за дерево ,возьми у меня карабин и стреляй. Тебе удобней». Я выстрелил- промазал. Вдогон я выпустил ещё

три патрона и снова промахнулся.

  « Как ты стреляешь?»- сказал он мне с какой- то обидой. Забрал у меня

карабин, зажал его между кален, и рукой передёрнул затвор. Поднял его ,прижал к плечу, выстрелил. Повторив всю процедуру перезарядки, выстрелил второй раз. Мне показалось в этот момент, что у него ни одна рука, а четыре.

  « Попал».- уверенно сказал он.

 Мы, выйдя на следы согжоев, увидели капли крови, а пройдя метров 200 и добычу. Разделывая тушу, я помогал ему поддерживать ноги, голову, шкуру, а он ловко орудовал ножом.

 Видя, что мне как-то не ловко за свои промахи с карабина, он сказал:

«Ты не расстраивайся, я забыл тебя предупредить, что карабин сильно

высит»

  После этой первой встречи прошло много лет. Мне посчастливилось

провести немало времени с этим человеком. Одной рукой , он выполнял любую работу качественно и не отставая от нас.

  В последнее время жизни, болезнь Бехтерева согнула ему спину, но он не сдавался . Не далеко от Бомнака поставил палатку. Зимой охотился рядом с ней, а летом собирал ягоду и грибы. За полгода до смерти он слег в больницу Он уже даже не мог ходить, отказал весь низ тела.

  Я, приходил навестить его, мне он протягивал левую руку, как-то по-особенному здороваясь. Вспоминая его лицо, его улыбку, его жизнь во мне зреет чувство глубокого уважения. Его стойкая жизнь и мне придаёт уверенности.