На опушке серого леса Под тенями деревьев ста лет Над ручьем висит ивы завеса, А под ивой живёт старый дед. Он ворчит, и скрипит, и вздыхает. Для него лишь важна тишина. Если он не ворчит, то скучает. А ещё шкатулка важна. В той шкатулке ни злато, ни камни, Ни монеты, ни даже цветы. Там лежат очень важные тайны, Там хранятся детишек мечты. Ежедневно, как только светает Дед подходит к началу ручья И сачком мечты собирает, Сортируя в шкатулке где чья. В той шкатулке мечты отлежатся А потом потихоньку начнут Или лопаться или сбываться, Может даже надолго уснут. Мечтайте, милые дети! И тогда тот ручей будет жить, А дедушка вытащит сети, Чтоб ваши мечты все словить.
На опушке серого леса
Под тенями деревьев ста лет
Над ручьем висит ивы завеса,
А под ивой живёт старый дед.
Он ворчит, и скрипит, и вздыхает.
Для него лишь важна тишина.
Если он не ворчит, то скучает.
А ещё шкатулка важна.
В той шкатулке ни злато, ни камни,
Ни монеты, ни даже цветы.
Там лежат очень важные тайны,
Там хранятся детишек мечты.
Ежедневно, как только светает
Дед подходит к началу ручья
И сачком мечты собирает,
Сортируя в шкатулке где чья.
В той шкатулке мечты отлежатся
А потом потихоньку начнут
Или лопаться или сбываться,
Может даже надолго уснут.
Мечтайте, милые дети!
И тогда тот ручей будет жить,
А дедушка вытащит сети,
Чтоб ваши мечты все словить.