Удивительно, как сильно фильм может колебаться между звенящими очевидными фрагментами экспозиции и более зрелыми взглядами на праздники.
Зацикленность Голливуда на историях происхождения лишила его чудес. Теперь нет места для неизвестного, а неизвестное – это всего лишь мрачная возможность для сделки на три картины и сопутствующей линии товаров. Как же странно выглядит такой фильм, как «Мальчик по имени Рождество», который пытается сделать для Санта-Клауса то же самое, что «Хан Соло: Звездные войны. История» сделала для любимого межгалактического негодяя франшизы – и при этом пытается проповедовать идею о том, что достаточно просто поверить во что-то, чтобы оно стало реальностью. Разве это не должно распространяться на мысль о том, что Санта, вероятно, не появился на Земле волшебным образом в один прекрасный день?
Конечно, режиссер Гил Кинан не сам придумал эту идею. Вместе со сценаристом Олом Паркером он работает со страниц популярного детского романа Мэтта Хейга 2015 года. А Хейг в своих работах, рассчитанных как на взрослых, так и на детей, всегда демонстрировал острый взгляд на неизбежные циклы потери и горя. Даже когда его миры по швам лопаются от волшебства, есть вещи, которые его герои никогда не смогут избежать или просто пожелать. Книга «Мальчик по имени Рождество», как бы банально ни звучала ее концепция на бумаге, разделяет эти же проблемы. И удивительно, насколько сильно фильм может перескакивать с одного звеняще очевидного на другое.
Вы легко можете представить себе группу перебравших кофе сценаристов, излагающих этот сюжет друг другу в стерильном конференц-зале Лос-Анджелеса: Николас (Генри Лоуфулл) – грустный маленький мальчик, живущий в лесу со своим таким же очень грустным отцом (Михиль Хаусман, перенявший свое лучшее выражение тоски из «Призрака дома на холме» от Netflix). Матриарх семьи была убита медведем – видимо, это норма для Финляндии – и теперь единственная надежда на лучшую жизнь – принести королю доказательства существования эльфов. Николас остается на попечении своей злой тети Карлотты (Кристен Уиг), пока его отец отправляется в путешествие. Его единственные спутники – кукла-репка и полевая мышь Мийка (он убежден, что может научить ее говорить). Это довольно жалкое существование – пока внезапное открытие не заставляет мальчика воссоединиться с отцом и самому открыть королевство эльфов.
Фильм «Мальчик по имени Рождество» снят как сказка на ночь, которую Мэгги Смит в роли неизменной ворчливой тети Рут рассказывает трем ясноглазым детям в канун Рождества. Их мать умерла, а отец (приветливый Джоэль Фрай) изо всех сил старается сохранить дух праздника. Время от времени дети прерывают повествование, в основном для того, чтобы Рут могла одернуть их своим острым как бритва языком, которым так славится Смит.
Кинан проделал здесь лучшую работу по извлечению комфорта из ностальгии по детству, чем в недавних «Охотниках за привидениями: Наследники», который он написал в соавторстве. Несмотря на неглубокие, поверхностные кивки на иконографию Рождества (даже хлопушки получают свою бессмысленную предысторию), общий вид фильма выглядит строго традиционным. Саундтрек Дарио Марианелли богат и элегантен по тону. Дизайн костюмов отчасти вдохновлен традициями коренного народа саами, проживающего на севере Скандинавии, а актерский состав включает в себя горстку национальных сокровищ, которые играют как надо: Джим Бродбент с пышным париком, шатко балансирующим на его голове; Тоби Джонс в остроконечных ушах; и Салли Хокинс в роли диктаторской эльфийки по имени Мать Водаль.
В конце концов, основной урок, который «Мальчик по имени Рождество» хочет преподать нам – будьте благодарны за маленькие чудеса.