Московская богема на протяжении всех 74 лет советской власти была ценным поставщиком кадров для ЧК и КГБ. Знаменитости, в отличие от рядовых граждан СССР, свободно общались с иностранцами — а значит, могли оказывать чекистам различные «услуги». Одним из немногих известных людей, кто в подробностях рассказал об этой неприглядной стороне своей жизни, был народный артист РСФСР Михаил Козаков.
Вербовка
На Михаила Козакова сотрудники КГБ обратили внимание в 1956 году. К тому времени выпускник школы-студии МХАТ только приступил к работе в Театре имени Маяковского, однако публика уже хорошо знала его по главной роли в фильме «Убийство на улице Данте».
Отметим, что семья Козакова не была «чужой» для Лубянки. Еще его отец — писатель Михаил Козаков — числился автором «политически правильной» пьесы «Чекисты», а также написал одну из статей печально известного сборника о Беломорско-Балтийском канале. Впрочем, впоследствии Козаков-старший сам дважды подвергался репрессиям.
Первый контакт молодого актера с «органами» состоялся в милицейском отделении, куда его вызвали повесткой. Сначала Козакова расспрашивали о его семье и работе, и только с третьей встречи ему стали понятны истинные намерения собеседников. Чтобы завербовать актера, гэбисты апеллировали к его патриотизму, уверяя, что стране угрожают враги из «капиталистического окружения». Проще говоря, Козакову было сделано предложение, от которого он не смог отказаться. «Надавили, и я сдался», — сокрушался артист.
Первое задание
Для начала Козакову предложили соблазнить американскую журналистку Колетт Шварценбах. Девушка сотрудничала с газетой The Washington Post и преподавала русский язык при американском посольстве — а значит, имела доступ к ценной информации.
Содержание первого задания заставляет предположить, что Козаков заинтересовал КГБ главным образом из-за эффектной внешности, харизмы и умения очаровывать женщин. Писатель Федор Раззаков считает, что и первый успех молодого человека в кино мог быть «организован» спеслужбами. Звезде экрана куда проще завязывать отношения с людьми. Отметим, что использование «секс-ловушек» для компрометации иностранцев было излюбленным приемом КГБ. Однако чаще всего жертвами соблазнения становились мужчины. Например, благодаря актрисе Ларисе Кронберг, которая согласилась лечь в постель французского посла Мориса Дежана, дипломат стал ценнейшим советским агентом влияния в Париже.
Михаил Козаков поселился в Сочи по соседству с гостиницей, где жила Колетт.. У них действительно завязалось романтическое знакомство (денег на походы в рестораны актеру отсчитали достаточно), однако в итоге агент КГБ провалил задание. Он был настолько впечатлен яркой внешностью и манерами американки, что не смог остаться к ней равнодушным.
«Короче, я влюбился, и это меня спасло: во всем ей признался. Открылся ей, кто я, что делаю в Сочи, и решил, что на этом все, поскольку не выполнил то, чего от меня ждали», — рассказывал Козаков.
Терзания агента Гамлета
Несмотря на неудачный дебют, на протяжении последующих 32 лет Михаил Козаков оставался агентом «американского» отдела внешней контрразведки. Конкретных заданий он долго не получал. Тем не менее, кураторы из КГБ периодически встречались с «Гамлетом» — оперативная кличка соответствовала одной из ролей артиста. И однажды ему представился еще один случай послужить Родине — Козаков пригласил на домашнюю вечеринку секретаря американского посла. Там дипломата напоили и обокрали, после чего он, скомпрометированный, покинул СССР.
Вероятно, покровительство КГБ позволяло Козакову занимать независимую нишу в советском искусстве, ставить и играть то, что он считал нужным, например, комедию о коммунальной квартире «Покровские ворота». Но при этом актер не мог отказаться, например, от роли Феликса Дзержинского, которого в 1980-81 годах сыграл сразу в трех фильмах. Эта страница биографии долго оставалась для Козакова мучительным воспоминанием, поэтому под конец жизни он решил во всем публично сознаться.