С Сергеем Александровичем Соловьёвым я был знаком много лет, и в последние лет 15, наверное, даже дружил, хотя я не вспомню никого, с кем бы он откровенно враждовал.
У нас были были большие паузы в общении — и были классные моменты вроде совместного отпуска в Паланге, где вечерами под вино он рассказывал километрами свои феноменальные байки. Особенно запомнилась про бабушку Ренаты Литвиновой… Но детально я их не вспомню, а тогда неловко было диктофон включать. Всё же не интервью.
Интервью, конечно, тоже были. И книга целая — «АССА. Книга перемен». Я не очень-то доволен тем, что в итоге получилось. Не удалось толком опросить Горбачева и Говорухина. Да и сам формат книги, составленной из монологов, теперь кажется не слишком изящным. Но в конце 2000-х на книгу неплохо отреагировали.
Это было нечто новое — книга о том, как снимался фильм. Больше, кажется, никто ничего подобного не делал. И фильмов, которые бы этого заслуживали, не так много.
В 2016 или 2017 году я придумал устроить показ его нового фильма «Ке-ды» на «Нашествии». Накануне он позвонил и сказал, что заболел и что запишет видеообращение к фестивальной публике.
«Этого стоило ожидать» — подумал я. «Интеллигентно съехал» — подумал я. И только сегодня узнал, что нет, это не был тот случай, когда соглашаются, изначально не собираясь. Общая знакомая планировала с ним встречу, и он попросил не назначать её на даты «Нашествия». В 70 лет он и правда собирался ехать. Он и правда хотел увидеть там своих веселых друзей — музыкантов.
У меня есть много историй про и от Соловьёва. Но однажды я оказался внутри его фильма. Нет, не на съемочной площадке. Это был «фильм Соловьёва», который снимала сама жизнь.
Презентацию книги «АССА. Книга перемен» устроили в «Республике» — тогда еще очень модном магазине на Тверской. Это был конец апреля. Мы забрались на второй этаж, где ещё не было кафе, и устроили долгий разговор с журналистами и длинную автограф-сессию. К нам присоединилась Татьяна Люсьеновна Друбич (конечно, про себя все люди моего поколения зовут её Таней). Помню, что абсолютно дурацкое интервью взял у неё один музыкальный журналист из федеральной газеты. Он там, кстати, до сих пор работает.
И вот мероприятие закончилось. У меня в руках была только что купленная видеокамера. Соловьёв идёт по лестнице вниз, на первый этаж, я за ним, снимаю, он выходит, а по Тверской идут танки и бронетранспортеры. Конечно, я довольно быстро вспомнил, что на этот день была назначена репетиция парада. Но было несколько мгновений, в которые я… нет, не удивился, но подумал: «Ну, да, когда тусуешься с Соловьёвым, так все обычно и происходит».
Пальмы в снегу. Танки на Тверской. Ничего необычного.
В последние годы мы общались редко, но регулярно. Года два назад или меньше я привез Соловьёву мешок книг и долго пил чай с ним и Аней, настоящим голливудским композитором и по совместительству его дочкой. Рассказал ему о том, как налаживаю отношения с кинопродюсерами, как продаю замыслы фильмов. Упомянул об идее снять приквел «Ассы», он отреагировал положительно, тем более, что идея лежала на поверхности. Потом было его 75-летие в театре Школа современной пьесы. За столами были сплошь классики советского кино. Многие из них ни за каким столом уже не соберутся.
Я что хочу сказать: смотрите на стариков, пока они живы. Ходите в театры и на концерты, смотрите кино, покупайте музыку. Держитесь за них, трогайте их, запоминайте, что они говорят. Не стесняйтесь записывать.
Других не будет.