Памяти нашей бабушки Марии Алексеевны Бондарчук (Корниенко) и моей сестры Оксаны , посвящается. (Переписано мною с сочинения, написанного как конкурсная работа моей двоюродной сестрой Оксаной Ивановной Туяковой, с небольшими моими дополнениями) Мы обе внучки этой Маруси...
Правду в народе говорят: "Пути господни неисповедимы..." Мало ли кого и куда может занести судьба, и где он окажется в конце своего пути. Но об этом совсем не думала маленькая девочка Маруся, которая родилась (9 апреля 1912 г) в крестьянской семье города Миргорода, что на Украине, того самого, где когда-то у Николая Васильевича Гоголя поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем. В семье кроме неё было ещё семеро детей. особенно много она рассказывала о брате Михаиле и сестре Дусе. Они были ближе всех к ней по возрасту. Михаил старше на два года, а Дуся младше на год. О чём же она больше всего вспоминала из того далёкого детства? О том, как трудились с утра до ночи вместе с родителями на своей земле, о большом хозяйстве во дворе, ведь уход за коровами, лошадями, птицей был целиком и полностью на них, на детях, пока родители были в поле. О большом доме на окраине Миргорода под железной крышей, что тогда было большой роскошью.
А потом начались времена великой смуты, грянула революция и гражданская война. Вот тут то и началось красные, белые, банды, атаманы. Мы об этом можем судить только по учебникам истории, да кинофильмам, а она была живым свидетелем, хотя и небольшого возраста. В её детскую память отчётливо врезался один момент. Они с сестрой Дусей , конечно же верхом на лошади Луне ( про неё нужно писать отдельную историю), поскакали на поле к родителям, отвезти хлеба к обеду. А Михайло, так она всегда называла брата остался дома на хозяйстве. Около переправы через реку Хорол их остановил красноармеец и спросил, куда это несет таких маленьких пострелят перед самым боем с бандой Махно. Тут то они увидели длинные цепи красноармейцев залёгших на берегу, а на другом клубы пыли от летящих коней махновской банды. Хотел этот расноармеец отобрать у детей коня, так как тот был завидный, справный, а в отряде как раз не хватало лошадей, но слёзы двух маленьких девчёнок привлекли внимание командира, и он велел не трогать лошадь, быстро разворачиваться и скакать восвояси. Со скоростью ветра понеслись они обратно, а когда за их спинами уже начался бой, то гонимые страхом, и как им тогда казалось, свистящими мимо шальными пулями свернули с дороги и поскакали полем, на котором росли подсолнухи. О том, как больно хлестали их по ногам шляпки подсолнухов, она помнила всегда, ведь тогда этого было не возможно не заметить двум перепуганным малышкам, вцепившимся в гриву коня несущегося со всех ног домой, подальше от этого страшного места. А дома их ждал брат Михайло, который отчётливо слышал звуки идущего недалеко боя и уже не чаял живыми увидеть своих младших сестёр. "Больше никогда, никуда из дома ни ногой!" - сказал он им тогда вытирая слёзы радости.
Вскоре умерла мама Аня, младшие дети остались на попечение отца Алексея Корниенко, а старшие уже были определены, у каждого свои семьи. А Маруся получила подарок на свое совершеннолетие от советской власти, "Лишена права голоса" - такая надпись красовалась напротив ее имени в списке на клочке бумаги, который вывесили на стене около входа в городскую Раду. За что? За то, что они с Дусей отказались подписывать прошение о снятии колоколов с местной церкви.
А потом, отец женился на другой женщине, она то же имела своих детей. Так образовалась другая семья, но их раскулачили, ведь его новая жена имела дворянский титул. Хорошо, что никуда не выслали, а только отобрали дом, имущество и переселили в убогую лачугу.