А ему что теперь делать? Пенсии хватит на три похода в магазин, а про аптеку и думать не хочется. Даже водку приходится покупать с оглядкой на карточку. А дальше, что? Жены давно нет. Почитай, пятый год, как Прошка живёт бобылём. Ушла его половинка быстро и тихо. Никто и подумать не мог, что такое может случиться. Просто утром не проснулась, и всё. Врачи говорили, что, что-то плохое и непоправимое случилось с сердцем жены, а что, он так и не понял. Вот, если бы врачи ему чертёжик какой подсуетили, он бы вмиг разобрался, а тогда пришлось просто кивать головой и соглашаться, скорчив умную рожу, чтобы врачи не подумали чего…
Ушла жена, и стало так пусто вокруг. Он тогда и вспомнил, что он – прирождённый рыболов и живёт на Русановке. Канал окружает остров со всех сторон, и можно прямо из дома спуститься к воде. Вспомнил Прошка, что всегда в юности его призванием была рыбалка, и решил, что сейчас – самая пора вспомнить своё детское увлечение и приступить к любимому занятию.
В те годы переживаний о тяжкой утрате, чтобы совсем ум не потерять от водки, с тоской вперемешку, он ловил рыбу по вечерам, и выходные все проводил у воды. Денег хватало почти на все его скромные интересы, а дома его поджидал Репс. Любит котяра речную рыбку, и ему вполне хватает пары рыбёшек, чтобы потом всю ночь мурлыкать под боком у Прошки.
Вдоволь потоптавшись по берегу, и не раз промочив ноги, Прошка обустроил своё рыбацкое место с особым комфортом. Спёр несколько досок на подворье строившегося, и, никем не охраняемого в тот день дома, и лучшим образом пристроил их на берегу так, чтобы было удобно далеко забрасывать удочки, больше случайно не попадая в заросли редкой травки, торчавшие из вонючей, гнилой водички у берега.
В то время Прошка ещё работал. Сейчас же – другое дело – пенсия. У него уже, всё, что можно, отобрали. Дали понять, что совсем не нужен, может отдыхать, сколько захочет, и на работу больше не соваться. А что ему сейчас делать, куда ходить? Он же может ещё и горы перевернуть, если попросят. Только, уже никто не просит, и не попросит никогда. Пенсия!.. Даже малыши ходят «на работу» в детский сад, а ему куда идти? Дедовских садов по интересам не существует в природе. Вот и сидит теперь Прошка под звонкое кваканье лягушек, в любую погоду, каждый день на своей кладке до синих зорь, пока поплавок не затеряется во мраке сумерек, вновь, сгустившегося вечера.