Был жаркий июльский полдень: в белесо-синей небесной вышине быстро испарялось, таяло одинокое облачко, ветра отсутствовал с минувшего вечера; по улице вяло двигались немногочисленные прохожие - из тех, кто еще не разменял город на пляж и на дачу.
Останавливаюсь у магазина: рядом со входом - морозильный ларь с мороженым и напитками. Продавщица с накрашенными ресницами энергично обмахивается веером, с легкой завистью поглядывает на коллег, работающих в зале: там тень, прохлада от кондиционеров и полное отсутствие жары и покупателей.
Беру мороженое, пристраиваюсь в ближайшую тень.
Вижу приближающуюся молодую женщину. Для знойной погоды она одета практично: короткое, без рукавов, платье сшито из ткани, имитирующей леопардовый мех, с четырьмя вырезами: два расположены на бедрах, глубокое декольте спереди, четвертый вырез расположен на спине.
Женщине, примерно, около тридцати лет, подумалось мне, и макияж у ней нанесен без излишеств, в меру - нет толщины грима, которым маскируют возрастные морщинки.
Редкие мужчины, попадающиеся навстречу женщине, слегка замедляли шаг, затем шли дальше. Некоторые оборачивались в сторону женщины, задумчиво почесывали нос, лоб, затылок.
У женщины, в свою очередь, на лице были свои эмоции. Похоже, ей доставляло удовольствие от молчаливого внимания со стороны мужского пола; в ее карих глазах искрилось упоение от самой себя. Она на ходу достала из малюсенькой сумочки телефон, остановилась.
В этот момент, в поле моего зрения попадает занимательный, колоритный типаж в оранжевой спецовке, в стоптанных ботинках и штанах неразличимого цвета, с метлой в руках. Наверное, это был дорожный рабочий или дворник.
Мужик остановился в нескольких метрах от женщины, с восторгом уставился на ее фигуру. Дальше началось самое забавное.
Женщина поднесла телефон к уху, сделала несколько шагов вперед.
Мужик с метелкой сдвинулся с места, но словно споткнулся, замер на месте: женщина остановилась. О чем-то оживленно говоря по телефону, она обернулась.
Мужик дернул головой, принялся перед собой мести асфальт, - сделал вид, что занят уборкой территории.
Женщина, по-видимому, не обратила внимания на эти манипуляции, двинулась дальше.
Мужик перестал шерстить асфальт метлой, шагнул вслед за объектом своего восторга.
Через пару метров женщина опять остановилась, в очередной раз обернулась. Повторилось точь-в-точь то же самое: мужик принялся мести тротуар, притворяясь, что усердно занят, что женщина никак не входит в его поле зрения.
Моё мороженое тает; торопливо ем и смотрю на мини-спектакль: что будет дальше?
Между мной и женщиной чуть более пяти метров, мужик с метлой чуть дальше.
Остановившись в который раз, женщина закончила телефонный разговор, с любопытством посмотрела на моё мороженое. Затем, словно от чего-то очнувшись, она встряхнула головой, быстро зашла в магазин.
Вот тогда и мелькнул передо мной четвертый вырез леопардового платья.
«Вот это да-а! - раскрыв рот, остановился рядом со мной мужик. Глядя вслед женщине, исчезнувшей в дверном проёме, мужик крякнул и передернул плечами: - Эффектно!.. Это просто леопардица!» Он повернул в мою сторону голову: «Так ведь?»
Кивком головы проявил мужику солидарность: так оно, женщины умеют себя показать.
Мужик вскинул метлу на плечо, медленно пошел дальше. Через пару шагов, размышляя о чем-то, он громко вздохнул и сказал: «У каждой леопардицы есть свой леопард. Может, и нет пока его… Может, есть...» Бубня под нос предположения, мужик ушел. На этом маленький спектакль закончился.