Звук из моллюскятника

Из записок о быте и говоре нейрокрестьян

Пройдем в обитательную избу одного из мужиков – только не ударьтесь затылком о проем. В этом жилище сидит с утра до темноты старик с неврозом, и все время занят одним и тем же делом – рассасыванием во рту медных монет. Рядом на столе лежат рублики и копейки старые – и царские, и советские, перестроечные, а он их пытается растворять на языке. Обстановка избы довольно уютна, потому что на стенах висят красные топоры, цепь и зубчатые капканы.

В прирубленном к избе телятнике мычит монослон. Скотина эта неприхотливая, похожая на телку, наверное. Есть еще в хозяйстве свинтусы, телепетух, самоовцы, трансгусь и головодвуногие моллюски. Все они воркуют, кряхтят, шамкают и лопают. В бревенчатом моллюскятнике хозяин по утрам мизинцем проверяет у животных блестящий мотонейрон. В нем-то все и дело будет.

Если в избе сидит рассасывательный дед, то в сарае постоянно гоняет внук. Его хорошо слышно. Очень быстрый мальчонка. В школе его хвалил детовод за интерес к ушной оптике. В сарае у него висит телеакускоп, который тот прикладывает окуляром к уху и пытается услышать шатание планетных циклов и потрескивание орбит.

Посмотрим через мутное стекло окна во двор. Там у забора суббабы стоят и шепчут что-то, и тут же сидит кот по кличке Пенопласт. Он виляет хвостом, язычок у него будто кусок. Так тихо бормочут красными губами суббабы, что ничего непонятно. Хотел у них спросить, что же они бормочут, но тут приехал на золотом мотоцикле раскрасавец Сергей Иванович, затмил меня. Взял гармонольдион, на клавиатуре стал пальцами крокотать. Тут и музыка потекла, и пошел веселый ход в виде водоповорота.

- Какой-то звук из моллюскятника! – вдруг воскликнул мальчонка из сарая. Он случайно направил свой телеакускоп не в небо, а на бревенчатую пристройку.

Действительно, что-то неприятно капало или скользило. Даже дед в избе от неожиданности выплюнул очередную копейку на лавку. Мыкнул монослон. Кот Пенопласт выпустил коготки-крючки. Суббабы сомкнули красные губы. Сергей Иванович в испуге быстро уехал на своем золотом мотоцикле. Такой странный звук – как будто обои рвутся на стенах.

Пришлось мне побежать через двор в моллюскятник – напряжение везде росло, беспокойство стало давить шею и глаза. Вспорхнул трансгусь, отпрянул самобаран. Открыл я скрипучую дверь бревенчатого строения и… Увидел то, что и было причиной звука, который не давал всем покоя. Моллюски каменели.

Они решили, точнее, решил мотонейрон, что триста миллионов лет завершились и пора каменеть, превращаться в чертовы пальцы, известняк. Окаменение шло как обморожение и отвердевание. Моллюски замирали, а потом покрывались корочкой как глиняные фигурки. Трещали пласты и тельца. Мычал тревожно неподалеку монослон.

Надо было что-то делать. Я опять побежал в избу. Там кашлял раскрасневшийся дед. Я постучал ему по спине – вылетела монетка с мокрым гербом на лавку. Указал ему на дверь, мол, иди своим языком спасай моллюсков. Обманул их внутренний мотонейрон!

Дед, кряхтя, поплелся в моллюскятник, не очень еще понимая, куда я его позвал. Когда мы ввалились в бревенчатое строение, я указал ему на бездвижных слизнячков и заставил рассасывать, буквально в рот пихал то белемнита, то аммонита. Дед только глазами хлопал, не понимая, какая это монетка – царская или НЭПовская или Керенка проклятая. Так за час с небольшим дед рассосал сотни две этих медуз. Мы вытащили их изо рта, раскидали на бумаге, и они поползли, родимые, побуждаемые мотонейроном.

Но еще пятьдесят окаменелых никак не оживали, стойко крепчали. Побежал я в сарай, выбил из рук мальчонки телеакускоп, и за шкирку его схватил, потащил в моллюскятник. Там уже наши амебы расползлись кто куда: кто на потолок, кто под лавку, кто деду на голову, оставляя липкий блестящий путь. А полсотни все твердели. Я заставил мальчонку приложить камешки к ушам, да так, чтобы он издал ультразвук. Он очень удивился, как это делать ультразвук, но сделал. Растрескались корочки моллюсков, посыпался белый известняк, оживали мышцы, наливался в жилах прозрачный физраствор.

Теперь все было сделано правильно. Можно было пойти и к суббабам побормотать. Как раз и Сергей Иванович на золотом мотоцикле примчался, да еще с папироской в зубах. Все считали его героем и спасителем ситуации, а он масляными глазками мерцал. Мужичок вытащил из кармана две карты, несколько шахматных фигурок и кости. Поиграть что ли с ним на радостях в деревенское винегрет-домино?

Нет, пройдем в обитательную избу – только не ударьтесь затылком о проем. В этом жилище в темноте устал старик. Рядом на столе лежат рублики-бублики и копейки старые – и царские, и советские, перестроечные, а он за шайбочки и гаечки принялся.

#странный текст #вымышленные персонажи #вымышленные миры