Отцы и дети

Часть третья

Был не таким, как все...

Проводить Михаила Петровича в последний путь пришли многочисленные коллеги, родственники, друзья и просто знакомые. В городе он был известным и уважаемым человеком. Высказанные на гражданской панихиде в его адрес слова и соболезнования родным были искренними и со слезами на глазах. Он был не таким как все, и это стоило ему жизни, сказал начальник городского УВД и клятвенно заверил, что преступник будет найден и понесёт суровое наказание.

Панихида подходила к концу, как вдруг Софья Алексеевна, сидевшая с окаменевшим от горя лицом, потеряла сознание. Дежурившая во время церемонии «Скорая помощь» увезла её в больницу. Врач неотложки взяла у Александра номер телефона и пообещала вечером сообщить о состоянии матери.

Вернувшись домой с поминальной трапезы, Александр остро ощутил отсутствие отца. Жизнь без него представилась пустой и бессодержательной. Осознав, что отца больше никогда не будет рядом, горько заплакал, как не плакал даже в детстве. Он был для него образцом мужского поведения. Умел держать удар и его учил этому, как бы жизнь не била и не ломала. И теперь, когда отца не стало, в памяти всплыли детали разговоров с ним, которым раньше не придавал значения.

Предчувствие его не обмануло

Однажды Михаил Петрович позвал Александра в свой рабочий кабинет и сказал:

- Мне скоро шестьдесят, не за горами время, когда отойду от всех дел. А сейчас я должен быть уверен, что ты удержишь и продолжишь наш семейный бизнес. За стройку я спокоен, ты специалист и неплохо управляешь компанией. И заместитель у тебя толковый. Но не позволяй себе расслабиться. Время жестокое, конкуренты дышат в спину, поэтому беги быстрее и работай на опережение. Постарайся ладить с городскими властями. Будешь конфликтовать, останешься без заказов.

- Отец, к чему ты начал этот разговор? На пенсию тебе рано уходить. Ты ещё молодым фору дашь. Вместе с тобой мы горы свернём.

- Дослушай меня до конца, сын. Помимо строительной компании ты будешь владеть и предприятием по переработке резины. Это специфическое производство и для тебя незнакомое. Директором пусть будет мой нынешний заместитель Павел Борисович Авдеев. Он дока в этом деле.

- Опять ты за своё. Вот когда пойдёшь на заслуженный отдых, тогда и приму твои советы с благодарностью.

- Не перебивай меня, пожалуйста. Вчера я был у нотариуса и написал завещание. Оно лежит в моём сейфе. Весь бизнес оставляю за тобой. Домом будет владеть мама. У тебя, надеюсь, скоро появится семья, и дом построишь по своему вкусу и потребностям.

- Отец, прости, но мне неприятны эти преждевременные разговоры.

- А у меня предчувствие, что время расставить все точки над I пришло, - спокойно сказал отец. - И не будем больше возвращаться к этой теме…

Возникло ощущение, что с этой женщиной его что-то связывает

Воспоминания об отце прервал телефонный звонок. Звонила доктор. Сообщила, что Софья Алексеевна не пришла в сознание, и что на скорое выздоровление надежды пока мало. На следующее утро, едва проснувшись, Александр поторопился в больницу. Договорился с главным врачом, чтобы маму перевели в отдельную палату и за дополнительную плату проявили максимальную заботу и внимание. Заверил, что окажет больнице любую требуемую помощь.

- Не волнуйтесь, мы сделаем всё, что в наших силах, - заверил главврач. - Давайте поступим так. Лечащим врачом у Софьи Алексеевны будет Наталья Сергеевна Богоявленская. Это единственный нейрохирург в нашем регионе. Руки у неё золотые и душа большая.

Через пару минут в кабинет вошла молодая женщина. Александр встал, представился. Наталья Сергеевна в нескольких словах описала состояние мамы и, протягивая Карташову визитку, добавила: «Звонить можете в любое время». При этих словах у него возникло ощущение, будто они давно знакомы, и что с этой женщиной его что-то связывает. Это чувство возникало ещё не раз в течение дня.

Ближе к вечеру она снова позвонила и сообщила, что маму перевели в отдельную палату и её можно навестить. Не откладывая на завтра, Александр тотчас поехал в больницу. В палату его сопроводила сама Богоявленская. При виде неподвижно лежавшей мамы сердце сына сжалось. Он вглядывался в её бледное лицо, гладил её руки, и в надежде, что она откроет глаза, тихо повторял:

- Мама, мамочка, услышь меня…

- Софья Алексеевна Вас не слышит, - произнесла стоявшая рядом Наталья Сергеевна.

Александр обернулся и от неожиданности вздрогнул, поразившись сходству доктора с его мамой. Те же большие голубые глаза, тот же овал лица. И даже голос такой же - словно бархатный. Уходя, он ещё раз внимательно взглянул на Наталью Сергеевну, чтобы убедиться, что это ему не привиделось.

Валентина Зайцева

Продолжение следует

Начало здесь