Четыре дня ждали переброски на остров Сарема. Нам привезли очередное пополнение, получил вторым номером парнишку из Лодейного Поля. Их обучали четыре месяца в запасном полку.
Паренек был шустрый, очень рвался воевать и постоянно допытывался, сколько фрицев уничтожил. Бойцы имевшие на своем счету достаточно уничтоженных немцев об этом говорить не любили, считали плохой приметой. Никто не спешил озвучивать свой личный счет, могли только по пьянке.
На вопрос напарника ответить точно не мог, стрелял вместе с другими, трудно разобрать чья пуля немца убила. Кто-то из старых солдат сказал: « Он целую немецкую роту из «дегтяря» положил». Напарник вытаращил глаза...
-Рота?
-Тебе давно орден положен.
-Дурацкая шутка! Немцы ротами не подставляются!
Ночью нас переправили на остров. Впереди работали орудия, немцы намертво вцепились в полуостров Сырве в южной оконечности острова. Шириной в три километра и длиной тридцать километров. В 41-м в полном окружении тут оборонялись краснофлотцы в течении двух месяцев.
Крутой берег и скалы были хорошим местом для обороны, теперь здесь засели фрицы. Практически весь остров был взят за пять дней, но оставался данный перешеек. Продвигались с большими потерями, имели при этом артиллерийскую поддержку. Погибали бойцы взвода.
Из многочисленных амбразур вели огонь пулеметы, немцы каждый метр простреливали. Приказали глушить дот огнем, четырех бойцов отправили в обход. Они продвигались осторожно, уже стали подниматься для броска гранат, по ним ударил второй пулемет. Трое осталось лежать на месте, четвертый вернулся с простреленной щекой.
Взводный материл нашу артиллерию. Сунул за пазуху несколько гранат, взял с собой двух бойцов. Мне сказал: «Веди огонь! Прикрывай. На тебя вся надежда». Мой ручник против мощного МГ-42 с оптическим прицелом...
Обещал лейтенанту не подкачать. Ротный выделил дополнительный пулемет и противотанковое ружье. Все вели непрерывный огонь, немцы не смогли высунуться.
Лейтенант подорвал дот, второй пулемет забросали бойцы из другой группы. За короткий промежуток расстрелял шесть дисков. Ствол опять раскалился, охлаждали дождевой водой из немецкой каски.
Был доволен новым помощником, быстро набивал диски, успевал вести огонь из автомата. Патронов напарник не экономил, одна пуля из сотни цель найдет и то польза. Поступал правильно, боеприпасов хватало. Вели активный огонь.
Немцы часто били наугад, даже шальной огонь нас заставлял прятаться. Теперь мы не давали немцам высунуться, боеприпасы подвозили постоянно. Напарник нагружался словно ишак, иногда брал целый цинковый ящик для меня и несколько коробок патронов для своего автомата.
Наступали без передышек, плотность войск была высокой. Рядом воевали морские пехотинцы. Немцы понастроили укреплений: доты из бетона, пещеры с замурованным входом, оборудованные пулеметные и орудийные точки.
В одном месте нам мешала узкая щель с пулеметом. Мины немцев не доставали, артиллерии рядом не оказалось. Сделали попытку обойти с фланга, но там оказались мины.
Саперы вытащили четыре тела, двое бойцов истекли кровью. Немцы фланг заминировали очень густо, мины были поставлены на неизвлекаемость.
Часто люди предчувствуют ранение или смерть. Наблюдал тоскливый взгляд бойцов перед атакой, некоторые прощались с друзьями. Иногда предчувствия сбывались. В пехоте не обязательно быть провидцем, чтобы знать свою судьбу. Две атаки и половина вышла из строя.
Предчувствие не мучило, потому, что было всего 17 лет. Сначала ранило помощника, осколок отсек два пальца на руке. Хотел перевязать товарища, взводный замахал руками: «Огонь! Без тебя справятся».
Загнал в узкую щель диск бронебойно-зажигательных. Далее немец с автоматом попытался меня со скалы достать, сбил. Рядом пули высекали крошку из камня, поря менять позицию.
Захватил мешок с дисками и патронами, сделал несколько шагов. По правой руке ударило, не понимал, что происходит со мной. Рука совершенно не слушалась, по пальцам стекала кровь.
Разрезали рукав телогрейки, перевязали рану. Наложили дощечки и отправили в госпиталь. Досталось в этот раз крепко, пуля прошла навылет и раздробила кость. Сделали несколько операций, руку спасли. Лечили пять месяцев, далее определили в рабочий батальон.
Из воспоминаний Устименко В.П.
Если Вам было интересно, нажмите пожалуйста-«нравится» и подпишитесь на канал. Это лучшая поддержка для него. Спасибо за ваше внимание и время.