Из-за Великой депрессии второй институциональный цикл устарел. Действовавшие институциональные правила не решали проблему, а она должна была быть решена. Вторая мировая привела «Новый курс» Рузвельта к окончательной развязке, переплетя федеральную власть с экономикой и обществом. Поскольку они были, по большей части, национализированы во время Второй мировой, прежняя модель была отброшена – и заложено основание нового институционального цикла, который продолжался следующие восемьдесят лет.
Чтобы понять, насколько сильна была федеральная власть, посмотрим, как во время Второй мировой строились отношения власти и науки. Наиболее драматичный пример этого альянса – «Проект Манхэттен». Университетские ученые открыли базовые принципы ядерного деления. Когда разразилась вой на, они донесли до военных возможность создания атомной бомбы. Военные организовали ученых и связали их с представителями деловых кругов, чьи производственные возможности и знания потребовались бы для производства бомбы. «Проект Манхэттен» оказался успешным, и ученые заняли почетное место в умах граждан, военных, федеральных должностных лиц. Они стали символами американской победы.
«Проект Манхэттен» был лишь одной из многих удачных инициатив во время Второй мировой. Однако именно его успех скрепил нацию. Он оказался настолько впечатляющим и характерным, что послужил моделью для следующего цикла. Подобная программа могла существовать только на правительственные деньги; организация и продвижение также обеспечивались правительством. Проект нужно было держать в строгом секрете, и федеральная власть контролировала жизнь его участников, скрывая его от населения. Все эти меры были необходимыми – и именно они изменили принципы функционирования Америки. Федеральная власть имела право перекраивать промышленность и при этом не быть подотчетной за это обществу, хотя разработанные технологии были способны перевернуть повседневную жизнь людей. Таким образом, военные получили технологию, требовавшуюся для участия в холодной войне. Исследователи и другие ученые получили возможность продолжать научные изыскания, которые в противном случае они не смогли бы вести. Корпорации получили правительственные контракты и возможность перепрофилировать технологию в гражданских целях. Однако же именно правительство определяло вектор развития науки и технологии.