В результате возникла ожесточенная общественная дискуссия. Перелом пришелся на апрель 2015 г., когда председатель комитета Сената по энергетике сенатор Лиза Мурковски отметила, что запрет на экспорт сырой нефти «приравнен к режиму санкций против нас самих». Почему, спросила она, правительство Соединенных Штатов отменяет «санкции против иранской нефти» в качестве части ядерной сделки 2015 г., «в то же время сохраняя санкции против американской нефти?». Ее поддержали председатель комитета Сената по вооруженным силам сенатор Джон Маккейн и председатель комитета Сената по международным отношениям сенатор Боб Коркер, заявив, что экспорт сырой нефти «нашим друзьям и союзникам» укрепит безопасность партнеров Соединенных Штатов и позиции самой Америки на международной арене. Европейский Союз выступил с подобным заявлением, отметив, что экспорт американской нефти поможет укрепить энергетическую безопасность Европы, особенно с учетом действий России против Украины в 2014 г.
Снятие запрета стало возможным благодаря соглашению, заключенному на Капитолийском холме между республиканцами и демократами, – разрешению на экспорт сырой нефти в обмен на расширение и увеличение налоговых льгот для компаний, занимающихся использованием солнечной энергии и энергии ветра. Соглашение вступило в силу 18 декабря 2015 г. Через полторы недели из порта Корпус Кристи в штате Техас вышел танкер с грузом сырой нефти с месторождения Игл Форд и направился во Францию.