Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Евгений Додолев

КУЛЬТ СОЛЖЕНИЦЫНА В РОССИИ

Модест Колеров написал занятную вещь: «Культ Солженицына в России – от власти до школы, от интеллигенции до политиков – носит вторичный, провинциальный, колониальный, лицемерный, лживый характер. Выросший в маленьком шахтёрском городе и бывшей крестьянской местности, я хорошо знаю из семейной памяти о раскулачивании и из бытовой общественной памяти – о ГУЛАГе. Угольная промышленность (что дополнительно я узнал из своей науки о сталинизме) была приоритетной отраслью использования принудительного труда заключённых, ссыльных, интернированных и военнопленных. В нашем городе были весьма многочисленны ссыльные поволжские немцы, крымские татары и их дети. Среди моих ровесников нередки были дети, чьи родители (1930-х годов рождения, дети войны) в молодости прошли ГУЛАГ в результате простого мелкого хулиганства (при Сталине не скупились и сразу давали 5 лет заключения). Наконец, мой собственный прадед-крестьянин был раскулачен и смертельно заболел на Беломорканале. Поэтому ещё мой покойный стар
Оглавление

Модест Колеров написал занятную вещь:

«Культ Солженицына в России – от власти до школы, от интеллигенции до политиков – носит вторичный, провинциальный, колониальный, лицемерный, лживый характер.

Выросший в маленьком шахтёрском городе и бывшей крестьянской местности, я хорошо знаю из семейной памяти о раскулачивании и из бытовой общественной памяти – о ГУЛАГе. Угольная промышленность (что дополнительно я узнал из своей науки о сталинизме) была приоритетной отраслью использования принудительного труда заключённых, ссыльных, интернированных и военнопленных. В нашем городе были весьма многочисленны ссыльные поволжские немцы, крымские татары и их дети. Среди моих ровесников нередки были дети, чьи родители (1930-х годов рождения, дети войны) в молодости прошли ГУЛАГ в результате простого мелкого хулиганства (при Сталине не скупились и сразу давали 5 лет заключения).

Наконец, мой собственный прадед-крестьянин был раскулачен и смертельно заболел на Беломорканале.

Поэтому ещё мой покойный старший брат в конце 1980-х – начале 1990-х, в полноте изучения текстов, с полной нашей семейной и социальной справедливостью сравнивал и говорил мне, что Солженицын – просто краснобай по сравнению с максимальной правдивостью Варлама Шаламова, чьи свидетельства о ГУЛАГе, однако, не стали объектом официального поклонения и интеллигентского культа. Ибо подлинны без демагогии.

Давно уже, научно и архивно занявшись историей принудительного труда, я вновь и детально проштудировал солженицынский «Архипелаг ГУЛАГ» - и с трудом преодолел отвращение от его писательского и мыслительного стиля. Повторю паки и паки, на момент её сочинения с помощью библиотекарей и диссидентов, эта книга УЖЕ была устаревшей по данным, оценкам, открытиям, то есть заведомо ложной. И ни в коем случае – не уникальной, ибо сами первичные свидетельства и затем анализы репрессий и системы принудительного труда в СССР появились уже в 1920-е годы и работа эта нисколько не прекращалась. А вот ад Шаламова так и не был до него написан и описан».

Комментарии подписчиков:

В противостоянии Солженицын - Шаламов ключевое слово - ЦРУ и Андроповское ГБ. Шаламов не продавался и умер одиноким, плавая в собственном дерьме. А Солженицына ЦРУ и АГБ «сделали» классиком. И умер он (хоть и с фигой в кармане)но облизанный властью воров и жуликов из АГБ.

*****

Правдивость Шаламова? Хм... Записки человека, жившего на положении чёрта, про съеденного замороженного поросёнка или как нарядчик с блатным играли в карты на фуфайку шаламовского дружка, чего в понятиях делать запрещено; или как нарядчик будучи красным играл на жизнь другого зэка - это правдивый ад? Это максимум несмешные байки.

*****

Эти же шахтеры, потомки ссыльных, потом отправились разгребать завалы Чернобыля. И массово помирали от лучевой болезни в Кимовске в самом начале перестройки. Такая реальность, увы. Солженицын неплохой писатель, но культа его даже среди диссидентов того доперестроечного времени не было. Читали безусловно, перепечатывали как многое другое. Но сам культ начался уже после его возвращения, усилиями всех кто был заинтересован в этом культе. То есть, свитой. Делалось это для "открывания нужных дверей". Для политического влияния. А Шаламов как был собой, так и остался. Ни под кого не подстраивался и не надстраивался ни над кем. Потому его и уважают. Не делают из него кумира, а именно уважают как личность и писателя.

-2