Инклюзивный ребенок без сомнения беда и горе семьи. Иногда это крушение надежд и планов. И тем не менее этот ребенок должен получить образование и как-то влиться во взрослую жизнь.
Я прошла и проработала в маленьком закрытом городке более тридцати лет и стала свидетелем как разрушилась стройная система специального образования для особенных детей.
Есть в этом городке специальная школа для сложных по здоровью деток. Нет не инвалидов, а тем как принято называть «Бог обидел и ума не дал». Ну эта школа уж совсем для тяжелых, а тех, кто полегче обучали в классах ЗПР.
ЗПР - это в общем задержка нормального темпа психического развития. У кого как у кого память страдает, у кого внимание, мышление. Вот в этом городке в каждой школе и в каждой параллели кроме первого класса был свой класс ЗПР.
В первый класс брали всех, а потом всех слабеньких со всей параллели собирали в такой специфический класс. Так они и учились вплоть до выпуска в 9 классе.
Детей в таком классе было всегда мало 15 это максимум. Внимания естественно каждому ребенку было больше. Дразнить не дразнили, обучаться было легче.
А вот работать учителю было немного сложнее. Надо было несколько раз повторять одно и тоже. Запоминали тяжело, но если уж запоминали, то навсегда. И на экзаменах не было неожиданностей.
В сатье описан случай из 3 класса ЗПР
Обычные дети могли решить все сложные задачи, но при этом налепить глупых ошибок в простых. Но так было недолго. И постепенно система сошла на нет. Дорого это целый класс выделять и в каждой школе держать некомплектный класс. Да и показатели они тянули вниз.
И приняли решение создавать такие классы только в нескольких школах и эти классы надо было специально аккредитовать. Моя сестра и подруга Галка и работали в такой школе и в именно в таких классах.
Учитель набирала в первом классе очень сложных детей (с диагнозами) и учила из до выпуска из начальной школы. Четыре года вылизывания и таскания в зубах как мама кошка, а потом их распределяли по остальным классам.
В пятом классе они оказывались не только в новом коллективе, но и сразу становились специфическими изгоями. Они не могли чисто технически стать частью класса и соответственно стразу же было очень много проблем.
Жалко ли их было моей сестре учительнице? Естественно жалко. Вот только родителям было совсем не жалко своих детей. Ведь даже в классе ЗПР были дети один сложнее другого, и не все тянули даже эту программу.
Просила, уговаривала родителей пройти специальную комиссию и перевести ребенка в специальную школу. Соглашались далеко не все. Все боялись клейма специальной школы.
В статье описан случай из первого класса ЗПР
Тот факт, что эта школа социализировала ребенка и давала в руки профессию родители, не хотели замечать. Гораздо важнее было мнение соседей и родственников: «А что скажет про это тетя-Мотя?»
Но бывают и светлые моменты в жизни учителя. Моя сестра смогла уговорить одинокую маму очень больного мальчика, и они перешли в специализированную школу.
Через неделю после перевода после уроков возле школы стояла счастливая мама и благодарила учительницу. Ребенок счастлив и с удовольствием идет в школу. У него все там получается. А что еще нужно?
А что происходит сейчас в школах? На мой взгляд полный бардак и безобразие. Сидят радом в одном классе и будущий золотой медалист, и ребенок с отклонениями. Нормально?
Кому от этого лучше станет? Один не дополучит знаний и не станет в конце концов медалистом, а другого будут тюкать и долбить потому что ничего не знает и не может стравиться с программой.
Зато в учительской газете напечатана статья практически на разворот газетного листа об успехе инклюзивного образования. На мой взгляд надо не инклюзию развивать, а создавать нормальные условия развития детей с особенностями. Но эти дети должны учиться отдельно…