1855 год. Кавказский фронт
Идет война Российской империи против Английской империи, Французской империи, Турецкой империи, Сардинского королевства. В Крыму союзники осаждают Севастополь.
На Кавказском фронте генерал Н.Н. Муравьёв с 25-тысячной армией осаждает турецкий город-крепость Карс (1).
В августе генералу Муравьеву разведчики сообщают, что в районе Олта и Пеняка (около 100 верст от Карса) действует отряд Али-паши, который занят сбором продовольствия для осажденных в Карсе войск, с намерением совершить прорыв и ввести в Карс подкрепления.
Командующий русской армии принимает решение разгромить Али-пашу до того, как тот двинется на Карс. Это поручается генералу Ковалевскому.
В распоряжение генерала Ковалевского выделяются виленские батальоны, мингрельский егерский полк, эриванцы, кавказские стрелки, нижегородские драгуны, терские казаки, другие части с двумя батареями артиллерии.
28 августа русские войска выступают в рейд.
Дорога трудная. Проходит через горы. Орудия подчас приходится тащить на руках. Телег нет. Все продовольствие и снаряжение везут мулы. Они идут в конце колоны. Потому бывают случаи, что солдаты ложатся спать голодными, так как обозники со своими мулами где-то застряли в тылу. Естественно колона растягивается. Идущие первыми линейные казачьи части сильно вырываются вперед.
В результате 30 августа, когда основные части колоны только взбирались на Саганлуг, казачьи сотни уже вели атаку турецких войск Али-паши.
В том, что произошло дальше, был виноват сам турецкий командующий.
Оказывается еще в начале ночи с 29 на 30 августа в его лагерь прибыл один из командиров курдских отрядов с известием о продвижении колоны генерала Ковалевского. Али-паша вместо того, чтобы поблагодарить офицера и приготовить достойную встречу противнику, приказал избить курда палками за то, что тот посмел нарушить его покой. Естественно никаких мер по отражению возможной атаки русских принято не было.
И когда ближе к вечеру 30 августа у месторасположения войск Али-паши показались казачьи сотни, среди турок началась суматоха. Они начали спешно выстраивать свои войска. Два полка пехоты (по четыре орудия при каждом), 1200 регулярной кавалерии, всадники башибузуки, рассыпавшиеся по полю, развернулись в сторону казачьих сотен.
Казаки также развернули свою батарею и обстреляли ракетами турецкую кавалерию. Турецкие всадники смешались. Многие остались без лошадей. Напуганные ракетами, лошади сбрасывали всадников и в панике покидали поле боя.
После чего сотни пошли в атаку одна за другой. Лишь одна осталась на месте, как резерв командира отряда.
Турки успели выстрелить из орудий и… первыми побежали пехотинцы. Сначала один полк турецкой пехоты, вперемешку со спешенными кавалеристами, показал спину. Его примеру последовал второй полк и башибузуки, а за ними побежали и остатки турецких войск.
Али-паша, вместо того, чтобы руководить своими войсками в бою, был занят тем, что пытался погрузить свою платку и прочее имущество на лошадей - жалко терять было. И руководил погрузкой прочего лагерного имущества.
Как результат ничего из имущества спасти не удалось, так как в лагерь ворвались казаки.
Только немногие из казаков преследовали бегущих турок. Основная масса линейных с Терека занялась грабежом. Среди прочих ограбили самого Али-пашу. Сдернули с него дорогую соболью шубу, покрытую зеленым бархатом, отобрали все, что нашли ценного при нем, успели несколько раз легко ранить при этом.
В плен к казакам попали 8 офицеров, 400 рядовых. Были захвачены знамя и несколько штандартов, 4 горных орудия, боеприпасы к ним, все собранное турками продовольствие, много лагерного имущества и личных вещей бежавших турок.
Когда казаки вернулись к генералу Ковалевскому, чего только у них не было.
Одежда, амуниция, фески, ковры, попоны, сбруя, оружие, посуда деревянная, медная, жестяная, белье, палатки и много другой разной мелочи. Много провизии: баранина, рис, масло, пшеничные сухари. Их кони были настолько перегружены всем этим добром, что еле двигались.
Когда Али-паша был доставлен в русский лагерь, он пожаловался генералу Ковалевскому, что его ограбили.
Русский генерал ответил турецкому генералу так: подчиненные ему казаки настолько разворовались, что даже у него украли седельные пистолеты.
На том вопрос о пропавшем имуществе Али-паши был закрыт.
В остальном с Али-пашой обращались, как и положено обращаться пленным генералом: ему выделили палатку, оставили при нем слуг. Его раны осмотрел военный лекарь.
И чего жаловаться был - сам виноват. За что наказал офицера-курда? За то, что тот добросовестно исполнил свой воинский долг?