Этот пакет поначалу противоречил интересам банковских кругов, таких как Валленберги, а также крупнейшего и наиболее активного сегмента делового сообщества, ориентированного на внешний рынок и потому обеспокоенного тем, что повышение затрат на рабочую силу понизит его конкурентоспособность. Но ситуация изменилась после выборов 1936 года, когда электорат наперебой спешил отдать свои голоса за СДРПШ. Такая широкая поддержка привела к встрече представителей правительства с представителями бизнеса, профсоюзов и фермеров в курортном городке Сальтшебаден в 1938 году. В результате этой встречи расширенная «социал-демократическая» коалиция включила в себя и бизнес-круги, согласившиеся на новую государственную программу построения государства всеобщего благосостояния и повышения заработных плат в обмен на более тесное сотрудничество с рабочими и на обещание снизить количество забастовок.
Такая модель получила дальнейшее развитие после Второй мировой войны. Общественный консенсус сформировался на основе идеи о том, что шведское государство должно одновременно поддерживать и равноправие, и экономический рост. Из этой концепции выросла корпоративистская модель, при которой шведское государство предоставляет щедрые выгоды рабочим, но при этом поощряет умеренность в требованиях повышения заработной платы и обеспечивает повышенную текучесть на рынке труда посредством активной политики на рынке рабочей силы (например, помогая рабочим находить новую работу посредством переобучения). Согласно принятым в Сальтшебадене соглашениям, эта стратегия приносила выгоду и бизнесу. Опорой системы стала модель Рена – Мейднера централизованного установления заработных плат, при котором в результате общественных переговоров уровень зарплат в определенной отрасли промышленности фиксируется для всех фирм. Такая система не только способствовала более равномерному распределению доходов среди рабочих посредством «компрессии зарплат» (когда всем рабочим, выполняющим одинаковую работу, платят одинаковую сумму), но и подразумевала, что более продуктивные фирмы не платят своим работникам больше. Это предоставляло огромное преимущество высокопродуктивным фирмам, которые тратили на рабочую силу столько же, сколько и остальные фирмы в этой отрасли, и получали значительную прибыль. Согласно той же логике система поощряла фирмы к инвестициям, внедрению инноваций и поискам новых форм организации ради увеличения своей продуктивности, поскольку повышение продуктивности означало для этих фирм получение дополнительной прибыли.