В одном из интервью 20 лет назад Боуи предсказал некоторые очень актуальные аспекты Интернета и новых коммуникаций, которые сбылись.
В интервью Боуи говорит журналисту Джереми Паксману, что феномен Интернета связан с тем, что теперь все зависит от аудитории. Художники становятся компаньонами или фасилитаторами опыта, как на рейвах. Рок больше не имеет власти.
Речь идет о новых форматах, в которых правит желание аудитории (и здесь он предвосхищает общество лайков и алгоритмов, которые дают пользователям больше того, что им уже нравится). По словам Боуи, это новое общество основано на крахе великих повествований, великой сингулярности, которая объединяла людей, что приводит к жизни «в полной фрагментации».
Паксман считает, что потенциал Интернета преувеличен. Боуи считает: «Мы даже не видели верхушку айсберга; то, что интернет сделает с обществом, плохое и хорошее, невозможно себе представить, это захватывает и пугает». Он шутит: «Это не инструмент, а инопланетная форма жизни».
Здесь Боуи очень близок к Маклюэну, который знал, что средства массовой информации радикально трансформируют человеческую природу. Боуи понимает это: нет сомнений, что это будет переломный момент, но он не говорит, к лучшему это или к худшему (хотя он объясняет, что использует свое состояние для инвестиций в интернет-компанию).
Это интервью датируется 1999 годом. Певец обменялся с Джереми Паксманом мнениями о некоторых из своих самых важных творческих моментов, включая проявление своего альтер-эго Зигги Стардаста, а также сделал пару признаний, например, что если бы он был подростком в 90-х годах, то не стал бы заниматься музыкой, а был бы «фанатом и коллекционером пластинок». Он стал музыкантом, потому что считал это актом бунтарства, «призывом к оружию», если хотите. В 90-е годы музыка стала карьерой, и то, что продолжит эту идею подрывной деятельности и бунтарства, – это Интернет. «Хаотичный и нигилистический», – таковы его слова.
Но на этом дело не заканчивается: «Забудьте об элементе Microsoft. У монополий нет монополии... может быть, в программном обеспечении». Интервьюер отметил тот факт, что в Интернете любой может сделать или сказать что угодно. Несомненно, это сложный вопрос, но Дэвид ответил на него с той стороны, которой он полностью овладел, а это – музыка. Он говорил о «демистификации» между художником и публикой, и о том, что с появлением Интернета между ними возникнет новая конструкция.
Жаль, что интервью не имеет субтитров, но мы гарантируем, что оно стоит каждой секунды.