Ведущие театры мира отказываются от балета «Щелкунчик» из-за расовых стереотипов. Чтобы рождественская сказка не пропала с подмостков больших и малых театров, её стали адаптировать под новую этику: впервые Дроссельмейера сыграют мужчины и женщины; из арабского танца уберут намёки на гарем, а танцовщицам прикроют пупки, чтобы они в откровенных нарядах не выступали перед детьми. Пока на Западе обшивают балет дешевым культурным сайдингом, россияне при помощи кулаков добывают билеты на классического «Щелкунчика». Девиз ГТО «Быстрее, выше, сильнее» оказался актуальным как никогда.
Новая этика против «Щелкунчика»
Американские театралы первыми в мире признали балет «Щелкунчик» расистским. Это произошло после победоносного шествия активистом Black Lives Matter по Соединённым Штатам. Газета The Christian Science Monitor в конце прошлого года сообщила, что у афроамериканцев возникли вопросы к аристократическому происхождению главной героини балета Мэри (Кларе). Якобы оно «связано с традицией белого превосходства».
Подробнее об этом читайте в материале "Киноамнезии" "Новогоднее дно пробито: в США назвали русский балет «Щелкунчик» расистским и потребовали его запретить".
Претензия крайне странная, учитывая историю создания «Щелкунчика». Напомню, балет в двух актах на либретто Мариуса Петипа по мотивам сказки Гофмана «Щелкунчик и мышиный король» создал Петр Чайковский. Премьера состоялась 18 декабря 1892 года в Мариинском театре в Санкт-Петербурге в один вечер с оперой «Иоланта».
В то время никто не думал о проблемах чернокожих, которые смотрелись бы в рождественской сказке XIX века как пятое колесо до брички. Но времена изменились, а вместе с ним и нравы. Пришло время исправлять исторические ошибки, уверен программный директор Гарлемской школы искусств (США) Рональд Александр.
«Во втором акте (балета) многие танцы являются пограничными карикатурами, порой откровенно унизительными. Например, в арабском танце танцовщица — соблазнительница с обнаженным пупком, которая меняет танцоров-мужчин. Я уверен: жителей арабских стран такие женские образы оскорбляют. Они слишком откровенные. Их нужно заменить на более нейтральные. Такое нельзя показывать детям», - приводит американское интернет-издание Dance Magazine слова Рональда Александра.
Расовую истерию вокруг «Щелкунчика» подхватили и в Европе. В Берлине уже отменили неполиткорректный балет Чайковского. Вместо него покажут «Дон Кихота», сообщает Deutsche Welle.
«Китайский танец показывает стереотипно семенящие шаги. В момент создания хореографии они не вызывали критических нареканий. Но сегодня мы должны это объяснить. Восточный танец с женщинами из гарема и солистом с коричневым макияжем на теле — это сегодня тоже нельзя выносить на сцену без объяснения. (…) В связи с актуальными дискуссиями о том, какой репертуар еще можно показывать в постколониальные времена, мы должны проверить, не будет ли сложностей с постановками в их первоначальной форме», - приводит Deutsche Welle позицию главы Берлинского балета Кристиана Теобальда.
Изменили балет и в Шотландии. Из него «убрали карикатурные элементы». Впервые в истории «Щелкунчика», мастера игрушек Дроссельмейера играют как мужчины, так и женщины. Премьера толерантного балета состоялась 1 декабря в Эдинбурге. По данным интернет-издания Mail Online, новой постановкой зрители остались довольны.
Хуже, чем советская цензура
Балетмейстер Николай Цискаридзе удивлен такой позиции европейских театров. Он надеется, что «эта глупость» минует нашу страну. В интервью РЕН-ТВ он напомнил, что первыми в мире изменения в балет внесли россияне. Когда началась Первая мировая война, героиню стали называть не немецким именем Клара, а русским - Маша.
«Если в России это сделали, то почему другие не могут?», - задался вопросом балетмейстер.
Известный театральный критик Марина Тимашева придерживается иной точки зрения. Она уверена: классическое произведение менять ни в коем случае нельзя.
«(То, что сейчас происходит в мировой культуре) это хуже, чем при ЦК КПСС, хлеще - чем советская цензура в самых её идиотических проявлениях. Во всех классических балетах есть характерные танцы. Это может польский, венгерский, китайский, арабский танец. Любая страна может предъявить претензии: поляки скажут, что они не хорошо представлены в мазурке и т.д. «Щелкунчик» столкнулся с конкретной партийной идеологией, связанной с дикими представлениями о реальности», - сказала ForPost Тимашева.
По её мнению, русскому балету досталось только потому, что в декабре «всегда повышенное внимание к этой прекрасной рождественской сказке», в которой участвуют загримированные под представителей других национальностей артисты. В условиях новой этики это делать запрещено. Отсюда и возникли разговоры о расовых стереотипах.
«Если эта возмутительная пропаганда будет наращивать обороты, то, безусловно, в Европе, в США, в Австралии и в других странах вскоре мы увидим совершенно иной балет», - сказала Тимашева.
По мнению театрального критика, создателя, главного редактора «Петербургского театрального журнала» Марины Дмитревской, с интерпретацией классики «история всегда непростая».
«Классическими остаются вещи, на которые следующие эпохи кидают свой взгляд, находят общее в нынешнем времени и времени прошедшем. Театру без интерпретации никак. Однако бывает глубокое погружение в проблематику, а бывает глупое, дурное приноровление к нехудожественным потребностям дня. Всё, что связано с новой этикой, с расовыми, гендерными и социальными нововведениям, на мой взгляд, это применительно к искусству страшная дурь и вульгаризациях. Пусть Онегин идёт к станку. Это мы уже проходили после революции. Новая этика - новый РАПП. Общемировой. Тем самым мы отрицаем категорию историзма», - сказала Дмитревская.
Театральный критик уверена: плоская актуализация классических произведений художественно никому неинтересна. Ситуация ухудшается, когда «в искусство вмешиваются новоявленные, вульгарные категории плоско понятого феминизма и расовых вопросов».
«Для меня, это полный крах мировой культуры. Это кромешный ужас очень плохой культурной революции. Это такой хунвейбинизм», - считает эксперт.
Дмитревская уверена: национализм и правая политическая повестка в театре, в кино, в литературе сохранится ещё достаточно долго. История с «Щелкунчиком» - продолжение долгого пути. Поэтому ягодки ждут впереди.
Особый путь или дурь в голове?
Пока на Западе отменяют балет «Щелкунчик», россияне выстраиваются в длинные очереди за билетами в Большой театр. Желание прикоснуться к великому и прекрасному сопровождается драками и руганью, сообщает «Комсомольская правда».
Ажиотаж возник не на пустом месте. «Щелкунчика» показывают только перед Новым годом и в первые дни января. Дают 20-25 выступлений в зависимости от года. Балет идет только на исторической сцене. Пятиярусный зал вмещает 1740 зрителей. В этом году из-за ограничений он должен быть заполнен на 70%. Вход только по QR-кодам. Плюс уже стандартная для Большого практика — два «квитка» в одни руки и строго при предъявлении паспорта. Цена как и в прошлые годы 1500 — 15 000 рублей, а на 31 декабря 2000 — 20 000 рублей. Старт продаж на декабрьские представления в этом году строго с 26 ноября. Все места раскупили за четыре дня.
«Платежеспособные люди, которые раньше на новогодние праздники уезжали в Европу, остались дома. Они решили сходить на балет. Отсюда и такой ажиотаж», - объяснила ситуацию театральный критик Марина Тимашева.
Оценивая очереди в Большом театре, некоторые зрители уверены: то культурное безумие, которое сегодня происходит в США и Европе, минует Россию.
Часть граждан считает, что наша страна «станет островком здравого смысла и базовых культурных ценностей». Люди уверены: мы не с вернём со своего особого пути, в конце которого российское общество «ждёт новая эпоха Возрождения».
«Самое страшное, что может быть, — это утверждение, что у России свой путь. Россия – евразийское пространство, поэтому не дай нам бог со своими скрепами остаться в пещере, традиционной для неандертальца. Наша страна и так на 70% состоит из уличных туалетов. Если наша национальная идея – туалет во дворе, тогда у нас свой путь. О каких особенностях России может идти речь в стране, которая изжила традиции сострадания, взаимопомощи, которая агрессивна внутри себя и во вне. Россия теряет в человеческом плане то, чем обладала и чем была интересная для мира. Мы нерадушны, алчны, вороваты. О каком отдельном пути России может идти речь?», - сказала театральный критик Марина Дмитревская.
Когда-то русский поэт, прозаик Николай Некрасов написал: «Кто живет без печали и гнева, тот не любит Отчизны своей». Театральный критики отметила, что «испытывает печаль и гнев» по поводу того, что происходит в России. Радость ей приносит только искусство, которое «пока ассимилировано в мировой процесс». Однако и здесь не без изъяна. По мнению Дмитревской, наши деятели искусств часто «дурно копируют западные матрицы», например, сериальные. Поэтому зрители смотрят качественные сериалы BBC, а не Первого канала.
«Поэтому хорошо было бы достичь того, что в лучших моментах достигает европейское искусство. Не подумайте, я люблю отечественную культуру. На мой взгляд, нашей массовой культурой, недооценено великое советское кино. Театр также остается великим, живым, востребованным. Он вопреки всему снова приобретает ценность. Отечественная культура богатая, но не должна быть оторвана от остального мира. «Золотой век», «Серебряный век» дали нам и миру такой задел, что дай нам бог ещё этим питаться и питаться», - подытожила Дмитревская.
Спасибо, что дочитали до конца! До встречи на "Киноамнезии" , где Вас ждёт много всего интересного из мира кино, музыки, литературы, культуры в целом и телевидения!
Для чтива:
Неподдающийся Щелкунчик: почему эта рождественская история вызывает отвращение, а не восхищение?
Неизвестный Щелкунчик: куда с экранов пропала сказка с Понаровской, Гердтом и Лиепой?
#nutcracker #балет щелкунчик #расовая дискриминация #black lives matter #театр #большой театр #николай цискаридзе #рождество #новый год #культура