Александрийский столп – колонна в честь победы над Наполеоном –
стоит на площади перед Зимним дворцом в Петербурге.
Но постепенно выражение «строительство высокого столпа в
Вавилоне» стали понимать как страшный беспорядок!
Я побывал в Вавилоне много лет назад. Тогда еще туристы туда не
ездили (впрочем, как я понимаю, и сегодня там туристов немного).
Дорога бежала по плоской сухой степи, по обочине брели верблюды, и
пыль от редких машин погружала их в серые облака. Наверное, когда-то
именно здесь, в этой степи, люди решили, что Земля плоская.
За городом Хилла дорога ожила. Встречалось все больше машин, и к
крыше каждой второй был привязан скромный гроб. Машины тянулись к
священному для мусульман городу Кербеле. Многие правоверные полагают
зачесть быть похороненными неподалеку от мечети того города.
Возле дороги я увидел обыкновенный дорожный знак – латинскими
буквами и арабской вязью было написано: «Вавилон».
Машина свернула на узкую дорогу, и чем дальше она ехала, тем ближе
к ней стекались бурые холмы и тем выше они становились. Эти холмы
скрывали под собой руины величайшего города в мире – Вавилона.
И не было ничего, кроме холмов, – ни Вавилонской башни, ни садов
Семирамиды.
Дорога уперлась в площадку возле скучного двухэтажного здания, над
дверью которого висела небольшая вывеска – «Музей». Откуда- то
появился старый араб, он открыл дверь, и я оказался в длинном
полутемном зале, где были собраны обломки статуй, каменные плиты и
множество других, покрытых пылью предметов. Сторож, подрабатывавший
экскурсоводом, заученно бормотал о царе Хаммурапи, великом
Навуходоносоре и самой Вавилонской башне, которая «не сохранилась
ввиду неблагоприятных исторических и природных условий».
Музею в Вавилоне не повезло. Раскопки здесь велись большей частью
европейскими экспедициями, и правдами или неправдами, но все находки
вывозились из страны. Впрочем, до недавнего времени и страны такой –
Ирак – не существовало. По арабским протекторатам носились разведчики
разных стран, а в Лондоне и Берлине кроили наследство ослабевшей
Турции.
Когда же Ирак взял охрану города и раскопки в свои руки, то эти руки
не доходили до настоящих работ, да и специалистов не было. Двуречью в
наши дни не повезло, потому что эта самая богатая древними городами и
крепостями страна оказалась под властью государства, которое грозит
войной соседям и предпочитает покупать танки, а не раскапывать
древности…
Мы взобрались на холм, что поднимался за музеем.
С его вершины были видны следы работы многих поколений
археологов. Холмы там пробиты глубокими траншеями и ямами, и от этого
кажется, что у ног расстилается город, перевернутый вниз головой и
застроенный перевернутыми, сотканными из воздуха домами и
крепостными стенами разной высоты.
Из стен траншей торчали обломки зданий, арки исчезнувших дворцов.
Черными провалами зияли пещеры подвалов.
Музейный дедушка показал темной жилистой рукой на холм, не
отличающийся от прочих, и сказал:
– Вы видите перед собой сады Семирамиды. А теперь мы совершим
прогулку по улице процессий.
Он сделал несколько шагов и поманил меня подойти поближе.
Я отпрянул от неожиданности, потому что у моих ног разверзлась
пропасть.
Ну и зрелище, я вам скажу!
Когда-то улица шла между двух высоких, наверное в семиэтажный
дом, стен. Эти массивные стены были облицованы голубой глазурью, и в
них, как и в ворота Иштар, были вмурованы керамические плиты,
изображающие сказочных зверей. Они сопровождали людей, которые
направлялись к храму. То есть к той самой Вавилонской башне.
Затем за долгие века улицу засыпало песком и мусором
разрушающегося города, и этот мусор сохранил стены.
Археологи сто лет назад раскопали улицу до самого дна, и сегодня
можно снова пройти по ней… Только нет храма в конце пути.
Даже холма нет. Потому что Александр Македонский приказал убрать
развалины башни, чтобы построить новую.
Я глядел на ровную, замусоренную площадку между холмов. Неужели
никто никогда больше не увидит несбывшегося чуда света?
Настоящую Вавилонскую башню – вернее, то, что от нее осталось –
фундамент, – открыл немецкий археолог Колдевей, когда в 1899 году начал
раскопки в Вавилоне, тогда еще совершенно неизвестном в Европе городе.
Сто лет назад.
Ему, можно сказать, повезло, потому что в первую же неделю
раскопок, вгрызаясь в спекшуюся гору кирпича, он отыскал городскую
стену. Геродот, один из самых достоверных свидетелей прошлого, писал,
что на ней могут разъехаться две колесницы, запряженные четверками
коней. Никто ему не верил – что за поэтическое преувеличение!
Колдевей нашел стену, на которой могли разъехаться колесницы!
Но затем последовали годы и годы раскопок – ведь Вавилон погребен
под слоем кирпичей и глины толщиной в двадцать метров. А стена, участки
которой отыскал Колдевей, имела 360 башен. Для того чтобы исследовать
центр города и найти фундамент Вавилонской башни, Колдевею
понадобилась первая неделя, а затем еще одиннадцать лет труда.
За те годы ученые поняли, что Вавилон – лишь один из центров
Двуречья, где воздвигали подобнее башни. Они назывались зиккуратами и
служили ступенями к храму бога. И когда Колдевей на основе своих
исследований сделал реконструкцию Вавилонской башни, какой она была
построена (и никакие боги не разрушали ее за гордыню строителей!) и
просуществовала несколько столетий, то со своей реконструкцией
выступил и английский археолог Вулли, который раскопал город Ур,
столицу одного из государств-предшественников Вавилона. В нем также
отыскались развалины зиккурата – Вавилонской башни.