-Ась? – переспросил Григорий Степанович и приложил ладошку к уху. -За стол, говорю, садись! Гриша! – гаркнула на него жена, - Готово всё! -Что ты говоришь, Груня? Груня, Агриппина Павловна, ругнулась вполголоса, хотя могла бы и погромче, муж всё равно ничего не слышит кроме крика. Трудно жить с глухим человеком, особенно когда сама слышишь прекрасно. Всё приходится повторять по два раза, а иногда и по три. Больше всего Агриппину Павловну удручало то, что все соседи знали, что происходит в жизни двух пенсионеров. Разговаривал муж очень громко, да и ей самой кричать приходилось. Что ни скажи – всё для всех слышно. -Ну ты совсем оглох что ли, Гриш? Кушать, говорю иди! – прокричала Груня, и добавила шёпотом, - Тетеря ты глухая, и за что мне такое наказанье под старость лет… В ушах уже жужжит и голова раскалывается… Григорий Степанович появился на кухне громко шаркая тапочками по полу, прокричал: -Ты меня звала, Грунечка? Агриппина кивнула молча. Объяснять мужу, что она-то его слышит хорошо