В действительности якобинская диктатура переживала острый кризис, обусловленный новой общественно-политической обстановкой, сложившейся в стране после победы над феодально-монархической контрреволюцией. Между тем якобинцы, встречая все возрастающую враждебность со стороны городской и сельской буржуазии и в то же время утрачивая опору в народных массах, не знали и не могли найти путей для преодоления этого кризиса.
Руководители революционного правительства — Робеспьер и его сторонники пытались укрепить якобинскую диктатуру путем установления новой государственной религии — культа «верховного существа», идея которого была заимствована у Руссо. 8 июня 1794 г. в Париже состоялось посвященное «верховному существу» торжественное празднество, во время которого Робеспьер выступил в роли своего рода первосвященника. Но это мероприятие лишь повредило революционному правительству и Робеспьеру.
10июня 1794 г. Конвент по настоянию Робеспьера принял новый закон, значительно усиливавший террор. В течение шести недель после издания этого закона Революционный трибунал ежедневно выносил до 50 смертных приговоров.
Победа при Флерюсе укрепила намерение широких слоев буржуазии и крестьян-собственников, крайне недовольных усилением террора, избавиться от тяготившего их режима революционно-демократической диктатуры.
Контрреволюционный переворот 9 термидора
Избежавшие кары дантонисты и близкие к ним депутаты Конвента, а также люди, близкие к эбертистам, вступили в тайные связи с целью устранения Робеспьера и других руководителей Комитета общественного спасения. К июлю 1794 г. в глубоком подполье возник новый заговор против революционного правительства. Главными его организаторами были лица, боявшиеся сурового наказания за свои преступления: беспринципный, запятнавший себя хищениями и беззаконием в бытность комиссаром в Бордо Тальен; такой же вымогатель и взяточник Фрерон; бывший аристократ, развратный циник и стяжатель Баррас; лживый, ловкий, изворотливый Фуше, отозванный из Лиона за соучастие в преступных жестокостях и темных делах. В заговор оказались втянутыми не только многие члены Конвента, в том числе депутаты «болота», но и некоторые члены Комитета общественного спасения (например, близкие к эбертистам Колло д'Эрбуа и Билло-Варенн) и Комитета общественной безопасности. Субъективные настроения и намерения отдельных лиц, участвовавших в заговоре, были различны, но объективно заговор этот носил контрреволюционный характер.
Робеспьер и другие руководители революционного правительства догадывались о подготовлявшемся перевороте, но уже не имели сил предотвратить его.
27июля 1794 г. (9 термидора II года по революционному календарю) заговорщики открыто выступили на заседании Конвента против Робеспьера, не дали ему говорить и потребовали его ареста. Тут же были арестованы Робеспьер, его младший брат Огюстен и его ближайшие единомышленники — Сен-Жюст, Кутон и Леба.
На защиту революционного правительства поднялась Парижская коммуна. По ее распоряжению арестованные были освобождены и доставлены в ратушу. Коммуна провозгласила восстание против контрреволюционного большинства Конвента и обратилась к парижским секциям с призывом прислать в ее распоряжение свои вооруженные силы. Конвент со своей стороны объявил вне закона Робеспьера и других арестованных с ним лиц, а также руководителей Коммуны и обратился к секциям с требованием оказать помощь Конвенту в подавлении «мятежа».
[Картинка: img_23.jpeg]
Воззвание Коммуны Парижа от 9 термидора.
Половина парижских секций и прежде всего центральные секции, населенные буржуазией, стали на сторону Конвента. Многие другие секции заняли нейтральную позицию или раскололись. Но ряд плебейских секций присоединился к движению против Конвента.
Между тем Коммуна проявляла нерешительность и не предпринимала активных действий против Конвента. Вооруженные отряды, которые по призыву Коммуны собрались на площади перед ратушей, начали расходиться. В два часа ночи вооруженные силы Конвента почти беспрепятственно достигли ратуши и ворвались в нее. Вместе с членами Коммуны были вновь арестованы Робеспьер и его соратники.
28июля (10 термидора) руководители якобинского правительства и Коммуны, объявленные вне закона, были без суда гильотинированы. Казни приверженцев революционного правительства продолжались и в следующие два дня.
Переворот 9 термидора низверг революционно-демократическую якобинскую диктатуру и тем самым фактически положил конец революции.
Историческое значение Французской революции
Французская буржуазная революция конца XVIII в. имела крупнейшее прогрессивное значение. Оно заключалось прежде всего в том, что революция эта покончила с феодализмом и абсолютизмом так решительно, как никакая другая буржуазная революция.
Великую французскую революцию возглавил класс буржуазии. Но задачи, стоявшие перед этой революцией, смогли быть выполнены лишь благодаря тому, что ее главной движущей силой были народные массы — крестьянство и городское плебейство. Французская революция являлась народной революцией, и в этом заключалась ее сила. Активное, решающее участие народных масс придало революции ту широту и размах, которыми она отличалась от. других буржуазных революций. Французская революция конца XVIII в. осталась классическим образцом наиболее завершенной буржуазно-демократической революции.
Великая французская буржуазная революция предопределила последующее развитие по капиталистическому пути не только самой Франции; она расшатала устои феодально-абсолютистских порядков и ускорила развитие буржуазных отношений в других европейских странах; под ее непосредственным влиянием возникло буржуазное революционное движение и в Латинской Америке.
Характеризуя историческое значение Французской буржуазной революции, Ленин писал: «Возьмите великую французскую революцию. Она недаром называется великой. Для своего класса, для которого она работала, для буржуазии, она сделала так много, что весь XIX век, тот век, который дал цивилизацию и культуру всему человечеству, прошел под знаком французской революции. Он во всех концах мира только то и делал, что проводил, осуществлял по частям, доделывал то, что создали великие французские революционеры буржуазии...»[19]
Однако историческая прогрессивность Французской буржуазной революции, как и всякой другой буржуазной революции, была ограниченной. Она освободила народ от цепейфеодализма и абсолютизма, но наложила на него новые цепи — цепи капитализма.
[Картинка: img_24.png]
ГЛАВА II
ФРАНЦИЯ В ПЕРИОД ТЕРМИДОРИАНСКОЙ РЕАКЦИИ. ДИРЕКТОРИЯ
[Картинка: img_25.png]
Крушение якобинской диктатуры было началом буржуазной реакции во Франции. К власти пришла крупная буржуазия. Ведущую роль в ее рядах играли «новые богачи», нажившие состояние за годы революции. Дрожавшие каждый час в дни якобинской диктатуры за свою голову, эти алчные и хищные стяжатели почувствовали себя после термидора в безопасности и, дорвавшись до власти, спешили закрепить ее за собой.
1.Термидорианская реакция
Внутренняя политика термидорианцев
Термидорианцы разгромили аппарат революционно-демократической диктатуры. Они лишили Комитет общественного спасения его прежних полномочий и функций и изменили его состав. Вместе с Парижской коммуной была ликвидирована и массовая опора революционного правительства — народные общества и революционные комитеты. Простых людей, игравших большую роль в революционных органах, отстранили от участия в политической жизни.
Заключенные в тюрьмах контрреволюционеры уже осенью 1794 г. снова получили свободу и доступ к политической деятельности. В декабре вышли из тюрем и вернулись в Конвент уцелевшие жирондистские депутаты.
Одновременно усиливались репрессии против якобинцев. Банды буржуазной «золотой молодежи», хозяйничавшие на улицах Парижа, разгромили помещение якобинского клуба. В ноябре 1794 г. якобинский клуб был закрыт по постановлению Конвента.
Термидорианцы поспешили ликвидировать социально-экономическое законодательство якобинского Конвента. Все ограничения, введенные против спекуляции, были отменены. Государственное нормирование цен в течение некоторого времени еще номинально сохранялось, но все более нарушалось на практике; в декабре 1794 г. закон о «максимуме» был официально отменен. Вследствие восстановления неограниченной свободы торговли рабочие, мелкие ремесленники, городская и сельская беднота стали жертвой произвола торговцев и спекулянтов, сразу взвинтивших цены на все продукты. Беднейшие слои французского народа были обречены на голод. Зато буржуазии ничто более не препятствовало в ее безудержной страсти к наживе.
[Картинка: img_26.jpeg]
Закрытие якобинского клуба. Гравюра К. Н. Малапо по рисунку Ж. Дюплесси-Берто.
Спекуляция, биржевой ажиотаж, махинации, связанные с падением денежного курса, получили небывалый размах. Количество выпущенных ассигнатов выросло с 8 млрд. ливров в 1794 г. до 20 млрд. к октябрю 1795 г. Курс ассигнатов стремительно падал. В июле 1794 г. за ассигнат в 100 ливров платили 34 ливра звонкой монетой; в ноябре он стоил 24 ливра, в марте 1795 г. — 14, в апреле того же года только 8 ливров. Соответственно возросли цены на товары, в особенности на предметы широкого потребления. Покупка и перепродажа «национальных имуществ» и военные поставки продолжали служить источником быстрого обогащения спекулянтов и дельцов. Казнокрадство, взяточничество стали бытовым повседневным явлением. Видные термидорианцы — Баррас, Тальен, Ровер, Фрерон и др. — первые являли пример хищнической погони за наживой. Кутежи и оргии, грубая показная роскошь, фривольная музыка — так в дни народных бедствий развлекалась захватившая власть термидорианская буржуазия.
[Картинка: img_27.jpeg]
Ассигнаты.
Народные восстания в Париже в апреле и мае 1795 г.
Весной 1795 г. доведенные до отчаяния жестокой нуждой, возмущенные реакционной.политикой термидорианских правителей, трудящиеся Парижа дважды поднимали восстание.12 жерминаля (1 апреля) население рабочих кварталов столицы вышло на улицу с оружием в руках. Демонстранты заставили термидорианский Конвент выслушать их главные требования: «Хлеб! Конституция 1793 года! Освобождение патриотов!» Но лишенные руководства и четкого плана действий, восставшие не сумели использовать первоначальныйуспех. Термидорианское правительство сосредоточило в Париже крупные вооруженные силы и на следующий день подавило восстание.
Около двух месяцев спустя, 1 прериаля (20 мая), народные массы Парижа снова восстали. К этому времени положение трудящихся столицы стало еще хуже. С апреля по май ценына хлеб возросли в 2—2,5 раза. Это крайне бедственное положение плебейских масс придало восстанию в прериале широкий размах и большую силу. На сторону восставшего народа перешло несколько батальонов национальной гвардии. Восставшим удалось захватить здание Конвента. Но и на этот раз народное выступление потерпело неудачу. 4 прериаля после ожесточенной борьбы восстание было подавлено вооруженными силами термидорианского Конвента.
Термидорианцы жестоко расправились с трудящимися Парижа. Рабочее население парижских предместий было обезоружено, несколько тысяч человек арестованы, а затем осуждены и сосланы. «Последние монтаньяры», депутаты-якобинцы Ромм, Гужон, Субрани и трое других, поддержавшие восстание и приговоренные к гильотине, покончили с собой одним кинжалом, который умирающий передавал своему товарищу.