Апрель 1979 год.
Так сложилось, что в этом году праздник светлой пасхи и день рождения вождя мирового пролетариата выпал на один и тот же день.
Наверняка кто-то помнит по себе, как праздновался праздник пасхи, как к нему готовились в то далекое теперь время в теперь уже бывшем СССР. Кто не помнит, немного расскажу.
Наши мамы и бабушки заранее закупали белые яйца в магазинах. Потому, что, не смотря на сплошной атеизм по стране, пасху продолжали праздновать. Пусть немного скрытно, пусть не на показ, но продолжали. На кухне готовились куличи, по всей квартире разносился такой приятный аромат выпечки. Кто-то покупал на рынке творог для приготовления «пасхи» с изюмом и курагой, потому, что в магазине творог был какой-то не специальный. Потом начинались художественные изыски в плане покраски яиц. Тогда не было каких-то специальных красок, наклеек и прочей бижутерии как сейчас. Покраска велась в основном с помощью луковой шелухи, цветных ниток и прочего подручного материала. Но тогда фантазия и детей, и матерей просто-таки била ключом, потому, что всем хотелось как-то выделить именно свои приготовления.
И конечно, все дети ждали не сам праздник, а тот момент, когда мама, отстояв в очереди возле дальней церкви, на освещение столь желанной еды, принесет всё это домой. И все сядут за стол. Начнется «битва» на яйцах.
И вот… мама, немного подумав, решает вдруг взять меня с собой в церковь. Мне пять лет, я в этом конечно ничего не понимаю. Да и вставать надо очень рано, т.к. до церкви ехать не близко. Сначала на электричке, а потом еще и пешком минут тридцать. В общем для мелких моих ног это было еще то испытание. Но я конечно согласился. Было уже тепло, зелено…
Церковка тогда была маленькая, скромная. Но для меня - это был бооооольшой дом с крестом, где кроме парадного входа был еще задний вход, который вел внутрь через подвальный этаж. Но он был всегда закрыт на амбарный замок. Этот задний проход был огорожен невысокой металлической изгородью и в глаза практически никому не бросался.
Мамы, тёти, бабушки и остальные страждущие жители нашего района заранее выстраивались вдоль неширокой тропинки, ведущей к парадному входу в церковку. Расставляли принесенные с собой «деликатесы» и вели соответствующие празднику беседы. Ну а я, все ждал, когда же смогу увидеть, что же такое освещение. Так как на этот вопрос мне мама ответ дала: сам всё сейчас увидишь…ты только не бойся.
Одно это слово «не бойся» зародила у меня некие опасения… а потому я стоял поначалу впереди всех, по мере приближения времени стал отодвигаться подальше…. Пока не встал рядом с мамой.
А теперь представьте: я мелкого роста и само собой дитя дитём. Длинная, по моим меркам, очередь из в основном женщин. И вдруг, из дверей церкви выходит священник, да еще и не один с каким-то ведром и веником. При этом голосит практически на всю округу, что-то совсем для меня не понятное и совершенно на непонятно мне языке. Мало того, что тут большой бородатый дядька. Орет что-то не понятное…. Так он же еще и поливает всё и всех. Сначала ступор, потом страх, а когда процессия приблизилась к месту стояния меня с матушкой, тут меня просто охватил ужас… Бежааааать… Взмах попа метлой совпал с моим стартом. Бежал не чувствуя ног, как летел. Влетев на приступок заднего входа, за эту мелкую оградку, я понял, для чего этот проход сделан. Есть куда спрятаться от этого бородатого дядьки с его водой.
Хорошо, что весь этот процесс не занимал тогда много времени. После поливания, страждущие стали собирать свои корзинки, авоськи, котомки и мирно беседуя между собой, как будто ничего не произошло, направились обратно к электричке.
Меня еще немного потряхивало от пережитого ужаса, но уже было сладкое предчувствие того, что скоро мы будем сидеть всей семьей за столом на кухне и биться разукрашенными яйцами.