Бесплатный цирк быстро закончился, все ушли недовольные зрилищем

В общем, даже если бы он себя новым мессией провозгласил, никто бы против не был. Главное, что пахан речи красивые и правильные толкал, силу за

спиной имел и дал людям надежду. Так мы получили над собой Ивана

Пятого, а за ним Шестого и Седьмого.

– Интересно, а что это сразу пятый номер у царя, а не первый?

– Так ведь Рюрикович вроде как, – усмехнулся Нефёдов, – а значит,

продолжает династию. Помнишь такого русского царя по имени Иван

Грозный?

– Чтото такое было, смутное и далёкое.

– Вот он и был Иваном Четвёртым.

– Это получается, что пахан криминальный виды на всю Россию имел?

Вроде как наследник всей державы? – удивился наш майор.

– А то, чего на мелочи размениваться? Если строить империю, так

реальную, а не в пределах одной области. У прежних царей планов было

громадьё. – На некоторое время Нефёдов замолчал и потом сказал: – Всё,

расходимся, вон, видишь, от города дорога запылила?

– Ага, наблюдаю такое дело.

– Полюбому это царские шавки мчатся вас выпроваживать. Бывай,

Ерёма, и будь здрав. На людях ты меня не знаешь и я тебя впервые вижу.

– И тебе всего хорошего, Нефёдыч.

Раздался звук, как если бы две ладони схлестнулись в крепком

рукопожатии, и офицеры отошли от машины, где я затихарился. Да,

разговор у них презабавный состоялся, надо запомнить и намотать на

подкорку мозга, может так случиться, что и пригодится.

Минут через пять я показался над бортом «Урала» и смог увидеть

въезд на блокпост царских чиновников. Два свежевыкрашенных в нелепый

жёлтый цвет «уазика» затормозили рядом с нашим комбатом, который

стоял на середине дороги с видом хозяина. Выскочившие из машин люди,

все как на подбор невысокие и юркие, начали чтото ему доказывать. Что

там происходило, я не слышал, далековато было, но, судя по выражению

лиц, чиновники негодовали, а Ерёменко только вежливо улыбался им в

ответ. Наверное, прав был капитан Нефёдов, нам здесь не рады и

чиновники приехали, чтобы выпроводить нашу роту. Наблюдая за

бесплатным немым представлением, настоящей пантомимой, я поймал себя

на том, что улыбаюсь, а всё происходящее выглядит очень смешно.

Здоровяк майор в окружении карликов – прям Гулливер в стране какихто

лилипутов. Забавно.

Однако бесплатный цирк быстро закончился, Ерёменко вернулся к

нашим машинам, бойцы загрузились, и со спокойным сердцем мы

направились обратно в Ростов. По дороге ничего экстраординарного или

тревожного не случилось, мы никуда не торопились и спустя ещё двое

суток вернулись в славный город на берегах Дона.

Коля, – Ерёменко нагнулся над чёрным провалом, зияющим на месте

вывороченной нами двери, и окликнул нашего лучшего ротного минёра, –

что там?

Внизу осыпался песок и кусочки цемента, отслаивающиеся от стен, и

наружу выбрался грязный как чертёнок, весь в паутине и мусоре

прапорщик Тукаев. Он откатился в сторону от провала на чистую свежую

траву и выдохнул:

– Норма, командир. Там столько понаверчено было, что не сразу и

фары прорубил, как ловушки работали, но от времени большая часть

минной постановки сгнила, а остальное, что уцелело, поснимал.

– Что там, внутри?

– Подвал сухой, влаги нет. В два ряда ящики стоят самые разные,

большинство по виду оружейные.

– Идти можно?

– Да, входи спокойно, командир.

Майор обернулся к нам, то бишь своим верным опричникам, и

спросил:

– Ну что, пойдём посмотрим на древнее вооружение?

– Пошли, – кивнул мой командир группы. Остальные промолчали, но

было ясно, что всем не терпится поглазеть на то, что более двадцати лет

было спрятано в винных подвалах бывшего совхоза «Реконструктор».

– Мечник, вперёд! – Кивок в мою сторону.

– А чего сразу я?

– Ты самый молодой, и, если прапор не всё разминировал, тебя не так

жалко как остальных, – усмехнулся наш добрый командир роты, – к тому

же частично ты наследник всего этого барахла. Пошёл!

Делать нечего, закинул АКС за спину, взял в руки ломик и полез в

тёмный широкий провал. Ступенек не было, только намётки на них, всё

осыпалось, и куски ржавой арматуры торчали во все стороны, так что

двигаться надо было осторожно. Не спеша, понемногу продвигаясь вниз, я

всё же попал внутрь длинного помещения, в котором царил серый сумрак,

и только несколько косых солнечных лучей, проникавшие в подземелье

сквозь щели в потолке, разгоняли его. Вдоль стен различались ряды

ящиков, почти все металлические, и на каждом навесной замок.