Прошел недолгий срок, и в "Советской России" появилась публикация пресс-службы Михалкова под странным заголовком "Увидел бы раньше – говорил бы жестче", в которой рассказывается о посещении артистом Е-Центра и приводятся его новые высказывания о нем. И вот с чего он начал: "Я как был убежден, так и сегодня подтверждаю, что Борис Николаевич – очень мощная фигура, храбрый человек, совершивший два абсолютно несвойственных партийным руководителям поступка. Первое – это самостоятельный (!) отказ (!) от членства в партии без всяких гарантий на (!) свое будущее, и не только партийное".
Сказано все это довольно несуразно, но понять-то можно. "Самостоятельный отказ…" А какой еще может быть отказ, как не самостоятельный? И какие "гарантии на партийное будущее" могут быть у человека, который, как принято говорить в таких случаях, вышел из партии?
Но интереснее то, что читаем дальше: "Это был гигантский риск, он рисковал всем – карьерой, собой да и, пожалуй, семьей, но это был поступок мужчины". Подумать только! "Собой рисковал". Своей жизнью, что ли? "Семьей рисковал". Что, заставили бы развестись? Да ничего гигантского и мущинского тут не было, и ничем храбрец не рисковал. Ну да, высокую должность, пожалуй, уже не дали бы – только и всего. Ведь на дворе стоял июнь 1990 года. Вы просто забыли это время, Никита Сергеевич. Тогда, совершенно беспрепятственно и ничем не рискуя, бежали из партии тысячи и тысячи шкурников, присосавшихся к партии из карьерных соображений. Собчак, например, к тому времени уже давно сбежал, как, впрочем, и его заместитель…
"Второй поступок, который я отношу к мужским поступкам, – это его добровольный уход". Ну просто король Лир, который добровольно все отдал дочерям и ушел! А в действительности это был вынужденный запоздалый уход на пенсию семидесятилетнего пожизненного алкоголика, перенесшего сложнейшую операцию на сердце. К тому же алкаш прекрасно знал, что на президентских выборах в 1996 году, которые начал с рейтингом в 3 %, он не выиграл у Геннадия Зюганова, победу ему устроил бесстыжий Чубайс, что не так давно признал даже Дмитрий Медведев, которому вроде бы следовало хранить это в тайне…
И вот, исходя из своих соображений, что такое настоящий мужчина, Михалков решительно заявил: "Нужен музей Ельцина? Безусловно! Но это должен быть личный музей человека, вознесенного судьбой на гребень государственной власти".
Да мало ли кого возносило на гребень! Были там и царь Ирод, истребитель младенцев, и Калигула с его жеребцом в сенате, и Нерон, римский пироман, и Пипин Короткий с длинным ножом, и Николай Второй, проигрыватель войн и устроитель революций, и бесталанный громкоговоритель Керенский, и зверь из бездны по кличке Гитлер… Вот их вдовы, у кого они были, и могли бы устроить "личный музей". И Наина Иосифовна может соорудить кунсткамеру из бутылок, пробок и веников, которыми парился в бане муженек. Но в то же время – как это возможно, я не знаю. Ведь эти люди распоряжались судьбой миллионов…