На ночлег мы остановились в небольшой роще с заросшими травой холмиками и двумя оставшимися живыми, но почерневшими от времени соснами.
Вечерело, и мы развели костёр, чтобы найти подходящую кору, с помощью которой можно было сделать факел.
Оказалось, что я не могу развести огонь так, чтобы он не дымил.
Я бросил ветку в костёр и, пока она догорала, внимательно осматривал кору на предмет трещин.
Убедившись, что трещин нет, принялся за дело.
Сколько я ни старался, всё равно в костре постоянно что-нибудь тлело.
Наконец мне удалось развести огонь, достаточный для того, чтобы можно было спокойно сидеть и смотреть на пламя.
Я подсел поближе к костру и поднёс к нему оловянную кружку.
Я сидел и наслаждался теплом огня, смотрел в пламя, его дразнящие угли и, думал о том, что правильно сделал, сбросив балласт несбывшихся надежд и разочарований.
Я не сердился и не обижался на Саурона и его последователей, которые пытали и сжигали ни в чём не повинных людей.
Их жгли за то, что они хотели жить, а не умереть.
Я ни разу не пожалел, что совершил самоубийство.
Какой смысл жить в мире, где нет любви, нет истинной дружбы, нет настоящей веры?
Я наконец-то понял, что главное.