И действительно – большинство женщин, побывавших в добровольном рабстве на Зурване, благополучно возвращаются домой. Лишь у некоторых после этого более явно проявляются мазохистские наклонности, у других же эта тема настолько прочно ассоциируется с Зурваном, что за его пределами кажется неинтересной и неуместной. Есть женщины, которые возвращаются на Зурван иногда и даже довольно часто, но все же не задерживаются там надолго и не остаются навсегда.
А на Зурване более серьезная работа идет с меньшинством. И тут тоже продолжается отбор по направлениям. Одних ориентируют на то, чтобы они были примером для нового поколения урожденных невольниц и для новоприбывших добровольных рабынь, других – на то, чтобы они сами рожали детей, преимущественно девочек (есть средства, вроде «рабских ягод», которые помогают это регулировать), и либо сами воспитывали их в духе врожденного рабства, либо отдавали на воспитание другим невольницам.
Часть из этих женщин до старости остается в няньках у новых поколений рабынь или в смотрительницах и воспитательницах у свободнорожденных невольниц. Другие, проведя в рабстве четверть века и более, получают вольную с правом жить на Зурване или в дочернем мире.