Она пыталась прийти к успеху протоптанными дорожками, участвовала в конкурсах, пробивалась на телевидение и радио, но всё оказалось намного проще. Зрителя цепляет искренность. В гостях у «Жизни» самая известная девушка, поющая за рулём, Виктория Черенцова.
– Виктория, Вы рассказывали, что петь за рулём Вы стали от безысходности…
– Да. Когда тебе кажется, что ты поёшь лучше, выглядишь лучше, а ничего не получается, в эти моменты накрывает отчаяние. На радио приносишь песни – неформат, на телевидение – неинтересно, ты сама по себе неинтересная, так как в твоей биографии нет никаких ссор и разводов с олигархами и постельных секретов.
– Кто Вам говорил, что Вы – не формат?
– Во-первых, мой продюсер, когда у меня в Москве был мой первый проект Che. Это и была причина, по которой мы расстались. Мне говорили, как мне выглядеть, как себя вести на сцене. Сделали из меня другого человека. Я чувствовала себя марионеткой, а я так не люблю. Люблю чувствовать контроль. Но тогда я на какое-то время подчинилась, так как мне сказали, что это нужно для успеха. А потом оказалось, что проект не идёт и что дело только во мне.
– Вы делите свою жизнь на этапы. Этап, когда писали только чернуху, этап, когда не писали ничего… Какой у Вас сейчас этап?
– Песни, которые приходят ко мне сейчас, более философские, нацеленные на познание себя. Мне нравится, что на мои концерты ходят дети и задаются этими вопросами. Если бы у меня была такая возможность в 12-15 лет, может быть, не случилось у меня каких-то проблем.
– Первый сложный период в жизни у Вас случился в 12 лет…
– Я не знаю, насколько корректно говорить об этом. Скажу так: мама с отцом развелись, было сложное время. В нашем городе лихие 90-е длились очень долго и прошли совсем недавно. Безысходность маленького городка Коркино на Урале, в котором закрыли угольную шахту, которая обеспечивала жизнь 90 процентов населения. Мне хотелось вырваться оттуда.
– Родители Вам сами рассказали о разводе?
– Я маму подтолкнула к разговору. Она давно хотел развестись с отцом, но не развелась, чтобы сохранить семью. Когда я начала что-то понимать в отношениях и любви, я сказала ей: «Зачем ты себя мучаешь?» Она объяснила, что ради меня, чтобы обо мне плохо не говорили, не думали. Но мне надоело на это смотреть… Я сказала ей, что не надо терпеть всё это ради меня.
– На что смотреть?
– Когда два человека друг друга не любят, это видно же…
– Отец пил?
– Допустим…
– Дрался?
– Да.
– Виктория, отвлечёмся от грустного… Вы пишете стихи и музыку. На каких исполнителях Вы росли?
– Маме романсы нравятся, папе нравился рок. Брат слушал Майкла Джексона, сестра – Уитни Хьюстон и Таню Буланову. Таня Буланова была чем-то особенным для меня. Я её очень люблю.
– Как поняли, что Вы – творческая личность?
– Для меня петь и сочинять было нормальным явлением с детства. Я долгое время удивлялась, как другие не пишут стихи и песни. Я в пять лет написала свою первую песню про туман, но развивать мои способности не пытались.
– В итоге после школы Вы получили образование программиста… Зачем Вам это было надо при таком таланте?
– Давайте расставим все точки над i. Я – оператор ЭВМ, но, чтобы не объяснять, что я оператор электронно-вычислительной машины, я просто говорю, что я программист, но это, конечно, совсем не то. Поэтому я решила выбрать дело, которое меня спасёт, если я потеряю голос. И я чуть не потеряла голос 11 лет назад. Мне даже предлагали операцию – у меня на обеих связках узлы, причём такие застарелые, что ничего уже не поможет. Я отказалась от операции и долго не пела, разговаривала тихо. Потом постепенно начала восстанавливать голос, стала разминать связки с помощью вокальных упражнений.
– Из-за чего появились узлы?
– Из-за того, что не умела петь, никогда этому не училась. Это большой минус, что нет музыкального образования. Но с другой стороны, если у тебя есть мозги и Интернет, то ты можешь научиться всему сама.
– Хочу вернуться к профессии оператора ЭВМ. Там ведь надо знать математику…
– Я обожаю всё это! Когда у нас началась геометрия и пришла новая учительница, мне захотелось показать ей, какая я умная. Я за три месяца сама прошла весь учебник геометрии, и мне было так это в кайф.
– И в 12 лет Вы пошли работать. Кто посоветовал?
– Брат! Ему было 17. Когда он ушёл из дома, выучился, стал работать ведущим в ночных клубах Челябинска, диджеем на радио. И как-то раз нужно было записать рекламу женским вокалом. Он и подумал, почему бы не привлечь сестру. Так я заработала свой первый гонорар. Потом брат стал приглашать меня петь в клубы. Говорил: «Тебе надо чуть-чуть подкраситься, и ты – готовая певица». А я очень взрослой выглядела – в 12 лет я уже была ростом 170 сантиметров, красилась, одевалась и сходила за 25-летнюю. Я хотела зарабатывать деньги. То, что получала мама, были копейки. А мне хотелось иметь жвачку, штаны, кофты. Мне хотелось уже быть взрослой. Я головой понимала, что я взрослее сверстников. У них пубертатные проблемы, а у меня были уже взрослые проблемы. Например, что мне поесть вечером.
– Как Ваша мама отреагировала на то, что её 12-летняя дочь пошла работать?
– Нормально! Мама меня всегда считала взрослой. Она во мне перестала видеть ребёнка, когда я пошла в школу. Она всегда относилась с уважением к моему мнению, сейчас я так стараюсь вести себя со своими детьми. Я рано повзрослела. Что касается клуба, мама знала, что я под присмотром брата. Она знала, что Стас не даст меня в обиду… В 12 лет я стала читать взрослые книги со взрослыми сценами. Я стала вести себя так же. Мне нравились сильные и своенравные героини писательницы Юлии Шиловой…
– От Коркина до Челябинска долго ехать?
– Минут 30-40. Я уезжала в четверг вечером после школы, в пятницу и в субботу в школе не появлялась. А в воскресенье вечером возвращалась. У меня была договорённость с учителями, так как это была вынужденная ситуация. И если сначала маму вызывали в школу, то потом смирились. Я даже думала, что не закончу школу, буду в клубах работать, но потом взялась за голову.
– Работа в клубе была плотной?
– Я пела, у меня было несколько сетов… Всё это перебивалось танцами, стриптизом. Я была не единственным выступающим.
– Но Вам 12 лет. Какая жизнь была вокруг Вас с четверга по воскресенье?
– Мне нравилось, что я во взрослой жизни, в тусовке. Когда я приходила в школу, думала, что тут за скука. Причём в клубе все были позитивные. Даже стриптизёрша. Это была не пьяная баба, это была очень красивая стройная девушка, и танцевала она красиво. Это не было пошло или вульгарно. Так я работала до 17 лет, потом попала в рок-группу, и все эти выступления в клубах сошли на нет. Я увидела другую сторону сцены, поняла, что могу выступать не только перед пьяной публикой, но и перед думающими людьми. Это стало для меня откровением. Но на тот момент у меня не было ничего, и мне хотелось показать, какая я талантливая.
– Когда Вы впервые влюбились?
– Я влюбилась в друга моего брата. Мне было 12, ему – около 20. Но я отношений не добивалась. Просто мечтала о нём, хотела, чтобы он обратил на меня внимание. Я понимала, что мала для него, конечно… Но это же девичье сердце. Как этот процесс сдержать?
– В какой-то момент Вы стали зарабатывать больше мамы. Помогали ей?
– Я помогла маме тем, что стала абсолютно автономна. Ей не нужно было на меня зарабатывать. Этим я ей очень помогла. На мои деньги что-то делалось, конечно, я помогала по мелочам, но мама у меня такой человек, который говорила: «Это твоё! Береги». Я как-то выиграла электрический чайник, и она запретила мне его распаковывать. Мол, это твоё приданое, оставь.
– Расскажите о своём городке… Чем там сейчас занимается молодёжь?
– Моему племяннику сейчас 18 лет. Он пошёл работать на картонную фабрику. 30 тысяч можно заработать, но не везде. Люди уезжают работать вахтовым методом. Есть у нас птицефабрика, горно-обогатительный комбинат, разрез Коркинский, из-за которого появился город. Но он сейчас не функционирует. Раньше все работали на шахте. Мама – поваром, отец – шахтёром. Когда шахту закрыли, отец работал электриком, фотографом, таксистом. Мама – уборщицей, продавцом. Чем сейчас занимаются люди, сказать сложно… А вообще, я не знаю, как люди выживают в регионах. Моя мама пенсионерка – пенсии ей не хватает, я помогаю.
– Хотелось бы поговорить об экологии. Что такое, когда город накрывает газовой шапкой?
– Когда перестали ухаживать за шахтами, там начал гореть уголь, и периодически, если не тушить, город накрывал смог. Дышать вообще было невозможно. Сейчас, правда, озадачились этим вопросом. Решили разрез рекультивировать – экология улучшилась. Вернулись птицы, лебеди, цапли и журавли.
– Переехать в Москву Вы решились в 18 лет. Как это произошло?
– Я всегда знала, что буду жить в Москве. Знала, что буду в столице, стремилась к этому. Это здорово и престижно.
Продолжение следует...
Из второй части интервью вы узнаете о том, как Викторию встретила Москва, кто делал певице непристойные предложения и почему девушка попала на "Рождественские встречи" к Алле Пугачевой.
Автор: Юлия Ягафарова (@bianzel)