Чуть больше ста лет назад здесь кипела жизнь. По великолепному парку с фонтаном и несколькими прудами гуляли влюбленные пары, а чуть поодаль перешептывались сплетницы-модницы. Замок Джалман был одним из самых красивых и гостеприимных имений-дач в долине реки Салгир.
Усадьба, «имеющая вид замка с двумя круглыми башнями», упоминалась практически во всех путеводителях царской России (построена архитектором Оскаром Андреевичем Клаузеном). Тогда она называлась Джалман, как и деревня (современное Пионерское). Происхождение этого слова не изучено. Один из вариантов – «придорожный», «крепость возле важной дороги».
Владельцев у усадьбы Джалман было много. Но известной она стала при французской семье Анне и Адольфе Монжене.
Анна обожала веселые и громкие гуляния, была щедра и часто устраивала пиры, на которых собиралось высшее общество Тавриды. Говорят, у владелицы усадьбы был сильный и властный характер. А супруг, Адольф, напротив, был мягким и покладистым человеком.
По иронии судьбы или злому року, инженер по образованию, Адольф погиб от взрыва пороха, когда расчищал территорию вокруг усадьбы. В память о муже Анна построила рядом с имением часовню, но, увы, она не сохранилась. Так же, как и могила Адольфа Монжене, которая должна быть где-то рядом с имением. Но где именно – никто не знает.
К сожалению, от усадьбы осталось немного. Обвалившиеся стены, местами сохранившие былое величие… Здесь наслоилось много эпох, историй и судеб. И в основном – невеселых.
После революции долгое время здесь находился детский дом. Даже поселок временно назывался Детское. Затем из имения сделали общежитие, передали комнаты бездомным, а когда те съехали, замок совершенно опустел.
Несколько раз дачу Монжене хотели отреставрировать, сделать ресторан. Но воплотить желаемое по разным причинам не удалось. Так и стоит великолепный замок, почти разрушенный, храня в осыпающихся стенах чувства и секреты сотен самых разных людей.
Мне посчастливилось побывать в усадьбе ночью, когда грани реального и фантастического размываются. Когда кажется, что из сохранившейся башни вот-вот выглянет бледное лицо скорбящей вдовы. А возможно, это она наблюдала за нами глазами местной кошки, которая не отступала ни на шаг. Может, потому что охраняла свои владения. А может, голодное животное просто учуяло у нас вкуснятинку.