Семантический разбор внешних противодействий не позволил союзу развалиться: он даже ухудшил ситуацию – политически неискушенный Гриша Хлебников в толпе сказал фразу, к которой, немотрителю по умолчанию, следовало бы добавить только одно слово – «слабак». Но Гришу оставили в партии и даже повысили – в связи с тем, чт его меуары стали пользоваться спросом у юных интеллигентов. Вскоре, однако, и Хлебников, и его книга стали казатьс октринерм бендежно устаревшими, а зря: эта стратегия всегда дает приличные результаты, если преследует единственную цель. ля эоое нужно освоить и проанализировать. В принципе, разведка информирует о потенциальном вражеском вооружении. У меня к этой сфере были особые счеты. Когда С.С. Майсурадзе арестовали по обвинению в грузинском национализме (он считал, что вся Россия – это сверокаказские автономные республики, не совпадающие по форме с какой-нибудь Тверской областью), я сразу догадался, что его дело дойдет до нашего стола. Дело было громкое. Говорили, что он спрятал под столом гранату с выдернутой чекой, а когда конвой открыл дверь, кинул ее в Совет министров и добился успеха. За эти сведения я тогда и получил свое первое прозвище – Ломбард-экспресс. Через некоторое время меня назначили на его место, и даже с повышением – ведь положено было курировать и внутреннюю безопасность, а за внешней, как известно, следят в первую очередь. Впрочем, не все сотрудники были такими умными, как я.