Вновь наступил «Никола Зимний» - день памяти святителя Николая и вновь в храм заходят люди, которые в нём бывают крайне редко. Но сегодня приходят, ставят свечи, молится Святителю. Долгое время я не понимал причину такого почитания, даже считал каким-то суеверием. Но позже, вначале в литературе, а затем и в жизни увидел причины почитания этого святого и о том, чему я был свидетелем или же слышал «из первых уст» я расскажу далее…
***
…Начало 90-х. Совсем недавно, буквально пару месяцев назад я пришел в Церковь. Вошел в храм не верующим, а вышел – верующим. Теперь мы с супругой вместе ходим на службы, а в начале Рождественского поста – вместе «отговели» и я впервые исповедовался и причастился. И как раз накануне «Николы Зимнего» моя «половинка» получает телеграмму от своей крёстной, что её мать – при смерти. Супруга собирается ехать, а я выехать не могу. Провожаю её на автовокзал, а далее ей предстоит дальняя дорога: 100 км на автобусе до железнодорожного вокзала, затем 700 км на поезде. Автобус приходит к вокзалу за час до отправления и обычно бывает полон теми, кто спешит на поезд.
Посадка на автобус началась вовремя. Вовремя он отправился в путь, но ровно на полдороге – встал. Поломка серьезная, ждать сменного автобуса предстоит долго, так как тогда никаких мобильников и в помине не было, а водитель не сразу попросил кого-то из проезжающих шоферов сообщить о его беде в ПАТП. Пассажиры начинают ловить попутки, но тоже не сразу. Кому-то «везёт», но таковых мало. Моя женушка не сразу решается «голосовать», тем более, что времени прошло уже немало и на поезд можно не успеть, поэтому она колеблется: продолжать путь или вернуться обратно? Но к ней подходит еще одна женщина, с которой они ранее встречались в храме и эта женщина, напоминая о празднике святителя Николая предлагает вместе помолиться.
…Кто-то «ловит» машины в самом начале толпы пассажиров, кто-то – в конце. А мои путешественницы оказываются почти в середине, но рядом с ними никого нет, и они начинают тихонечко петь тропарь Святителю и вдруг, именно рядом с ними останавливается машина. Они садятся в салон, но, въезжая в город с вокзалом понимают: поезд уже ушел. Попутчица начинает сокрушаться, а водитель, спросив о причине расстройства, предлагает довезти их до станции, через двести километров от пункта отправления.
…В итоге – наши путешественницы свой поезд дожидались еще полтора часа. Прощаясь, одна из женщин спросила имя водителя (который, кстати, довёз их безвозмездно!) и оказалось, что его зовут Николай…
***
Второй случай произошел в конце 90-х, под «Николу Вешнего».
В том городке, где я тогда служил вторым священником, в маленьком домике на берегу небольшой речушки, жила нелицемерно верующая семья. На тот момент семья состояла из двух человек: матери, которой было уже за 80 лет (назовём её Марфа) и дочери, страдавшей от астмы большую часть своей жизни. В нашем рассказе она будет Ниной. Именно она рассказала мне подробности происшедшего тогда, когда «во внеурочное время» попросила отслужить благодарственный молебен в соединении с молебном о болящей Марфе…
…В то время автоматических стиральных машин в наших краях не было и в этой семье, как и во многих других, белье стирали в маленькой машинке, стоявшей в бане, а потом его полоскали в речке.
У Нины было обострение заболевания и она помочь маме не могла, потому сидела в комнате и молилась. А Марфа – женщина грузная, неповоротливая выстирав белье, пошла его полоскать. Несколько дней шли дожди и в тот день моросило, вода была высокой. Марфа, встав на скользкий мосток, опустила тяжелую, мокрую простынь в воду, стала полоскать, но поскользнулась – и сама оказалась в ледяной, весенней воде… У нее не было даже сил позвать на помощь, да и помочь было некому: речка текла за огородом, по берегам росли кусты и её просто могли не увидеть и не услышать. Да и вероятность того, что кто-то окажется рядом была близка к нулю, но вдруг, её кто-то окликнул: ничем ни примечательный мужичок, одетый, как –то просто, не молодой, лысоватый – протягивал ей руку и звал скорее цепляться. Она за руку-то схватилась, но на мгновение возникла мысль: как же он, такой маленький, сухонький вытянет из воды её – грузную, неуклюжую в мокрой одежде, но он вытянул её так неожиданно легко и ловко, что она даже понять ничего не смогла. А когда обернулось – он куда-то исчез…Придя домой Марфа первым делом спросила дочь: «Что за мужичок ходил по их огороду и куда он делся?» – дело в том, что к речке можно было пройти только мимо окна, рядом с которым сидела Нина и читала Акафист. А перед ней стояла икона святителя Николая и в этом изображении Марфа, внезапно узнала того «мужичка» что спас её из реки…
***
Третий случай произошел с моим родственником, человеком совершенно нецерковным, любителем выпивки и «крепкого словца». Он старше меня почти на двадцать лет и в детстве я слышал, что он как-то «на тракторе тонул». Слышать-то слышал, но подробностей не знал. Родственника, кстати, зовут Николай.
…Лет пятнадцать назад, когда я был благочинным церквей на достаточно большой территории, в праздник «Николы-зимнего» я приехал на Престольный праздник в далекое горное село. В проповеди на Литургии я говорил о том, как святитель помогает терпящем бедствие и вдруг увидел своего родственника! В этом селе жила его дочь, он приехал к ней в гости, а узнав, что я в этот день служу в храме – решил повидаться со мной. По окончании службы он подошел ко мне и спросил:
«А ты знаешь, какой сегодня день?» - на что я ответил, что конечно знаю, и собрался ему рассказать о том святом, чье имя он носит. Но он слушать меня не стал, но с каким-то пафосом сообщил: «Сегодня – мой второй День рождения!»
Я попытался его поправить, что не день рождения, а День Ангела, Именины! Но он опять перебил мои робкие попытки объяснить ему тонкости церковного восприятия личных праздников и рассказал мне подробности того события, о котором я смутно помнил с детства.
… Отслужив в Советской Армии механиком-водителем танка, Николай вернулся в родное село и устроился в совхоз трактористом. В ту зиму он работал на синеньком ДТ-75 «Казахстан» - одним из самых красивых советских тракторов. Причем, «Казачок» - а Коля так любовно называл своего «железного коня» был, не только красив с точки зрения эстетики. Для советской деревни конца 60-х, начал 70-х он был еще и неожиданно комфортен: двери открывались «по автомобильному», да еще и распахивались по движению, т.е. если в кабине было жарко – их можно было открыть. А если было холодно - то трактор был оборудован вполне удачной "печкой". Если было душно - то стекло на дверях опускалось, да и тракторист сидел не на ящике, обитом дерматином, а на регулируемом, подпружиненном сиденье. Основные работы в селе закончились и в декабре трактористы занялись заготовкой леса на дрова. Точнее лес на дрова валили вальщики, стволы от сучьев очищали сучкорубы, а дело тракториста было зацепить два-три «хлыста» лиственницы и притащить из леса в деревню. Сейчас вспоминаю, что иногда диаметр этих хлыстов в комле превышал мой детский рост. И все бы ничего, но дровяной лес был за Катунью, а Катунь – речка горная, своенравная. Мороз не с первого раза её сковывает льдом, так что от тракториста требуется отвага, мастерство и рассудительность… Чего не хватило Николаю в тот день – судить не берусь, но, очевидно, что отваги у него было с избытком. Он подцепил такие хлысты, что «Казачок» от натуги дымил, выплевывая в атмосферу чуть ли не «живую» солярку, но набрать нужную скорость для форсирования ледяной переправы никак не мог. Вторая ошибка, допущенная Колей, была в том, что из-за мороза он захлопнул дверь, а стекло у него зимой вообще не опускалось…
… Трактор выскочил на лёд, волоча за собой схваченные тросом хлысты лиственницы, как вдруг Николай почувствовал какой-то рывок сзади, гусеницы трактора пробуксовали по льду, лед треснул, образовавшиеся льдины выскочили из-под гусениц и трактор моментально провалился в воду по самую крышу… А льдины вновь встали так, что намертво прижали двери…
Мне Николай рассказывал: «Вода, сквозь щели хлынула в кабину, и я подумал, что всё! П...(лохо! Очень плохо будет!) И дверь не открыть, ни стекло не опустить , не выбраться из трактора. Что было дальше – не помню. Помню же, что я уже лежу на льду. А мужики ко мне бегут. Вот и скажи: как это я выбрался???»
***
…Конечно, кто-то, прочитав эти строки, скажет: «Все это – выдумки, случайности, совпадения…» Но я повторюсь еще раз: для меня эти случае – свидетельства о реальной помощи и заступничестве Великого Божьего Угодника – святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских. Просто в первом случае Святитель действовал через своего земного тёзку, во-втором – ответил на молитву дочери, переживающей за свою маму, а в третьем – чудесно спас человека, пусть и не совсем трезвого, и не совсем благоговейного, но терпящего бедствие. Случайностью, может было то, что он тоже оказался носящим имя Николай, но то, что это произошло в день праздника святителя – зримое свидетельство чудесной помощи самого почитаемого на Руси Святого.