– Ну почему сразу шляешься? У нас с Зиновым любовь. Зо выглядела радостной, бессонная ночь никак не отразилась на её свежем широком лице. Зо светилась от счастья, на ней была летняя кофта с вырезом лодочкой, сшитая из полосатого поплина, и юбка-брюки, только- только вошедшая в моду, – это мама Зинова шила модели из журнала «Бурда» из ткани, которую Татьяне Михайловне пересылала свекровь из Москвы. Юбка-брюки совсем не шла невысокой коренастой дочке, делая её ещё приземистее, но Татьяна Михайловна не смела об этом говорить Зо... – Знаешь, мама... Мы с ним решили, когда вырастем, ну, отучимся, создадим снова лисью ферму... – Хорошо, создавайте, хоть десять ферм.
– А ты нам не поможешь?
Татьяна Михайловна резко поднялась, села, но молчала. – А назовём её в честь его отца. Тут Татьяну Михайловну прорвало, и она рассказала всё, добавив, что ненавидит всех, и покойного, ещё не похороненного Вадима в первую очередь. Зо онемела, она всё сидела на краешке кровати, молчала, по