Нынче никто не может себе позволить инициировать звон колоколов, но предзнаменование прошлого осталось. Значит, кому-то еще придется платить за этот символичный, но бессмысленный взрыв, уничтожение доргих для многих построек. Ты уже отправил колокольчики? Этот разрыв в пространстве нужен и нам, итебе. Он бует значительн тише, но имеет гораздо большую психологическую силу. Ты ведь уже готов, брат? Да? Поэтому, еси получится, не забудь и о других звонах — давай! Ну давай же! Время настало. Поднимай зов!» Действительно, первый звоночек на самом деле прозвучал ичуть е разорвал сердце — но дался он невероятно легко. Теперь требовалось только убедить дархая понять все так, кк я хотел, а для этго трбовалось доплнительное откровение, которое бы из скрытого света могло стать видимым. Но яне очень-то спешил — если честно, я ещ не совсем понял, как все это работает, и не мог гарантировать подлинного успеха. Было слишком далеко, слишком мало конкретных слов. оэтому я перепроверил себя на других видениях. Даже Кеше пришлось снизойти до моего понимания: «Я чувствую то же самое, — сказал он, — то же самое… нет, не совсем то же, но…» Но ясности не прибавилось. Вампир и дархай смотрели на нас молча, и даже не почесывались. «Ну что, приступим? — спросил я наконец. — Ты готов, брат?» Сестричка кивнула. Я положил трубку. «Ждем.Может случилось что?» — спросил Кеша. «У-у- у», — замычал вампир и опять махнул лапой, опять пытаясь изобразить что-то похожее на улыбку, но получалось, видимо, плохо. «Ну давай», — сказала сестричка. Я снова полез в ящик. «Да вот», — протянул я ей что-т, чего никогда раньше у меня не было. Я-то думал, это галлюцинация. А на самом деле передо мной было настоящее изумрудное ожерелье — в виде золотого сердечка с мелкими сапфирами на длинных лямочках. Оно даже весило килограммов пятьдесят. Вот только было оно очень тонким, и по нему шла единственная дорожка, которая проходила между бусинами и не была заметна глазу. Но я-то знал, что она есть, хоть и не видел ее. А сестричка сунула ожерелье в сумочку и подошла к вампиру. «Твой брат как? Нормально?» — спросила она. «У-у-у», — ответил вампир. На фоне окружающего сумрака улыбка его казалась уже не совсем осмысленной. «Что же ты, — спросила сестричка, — своего брата в краску вгоняешь?» Она подошла еще ближе. Кеша опять застонал и начал кататься по полу.