Каждому хотелось быть поближе

За новобрачными шел Азим, а позади — радостно возбужденная

толпа. Свадебный обряд совершался редко, и было оставлено все. Не

доносился из хижин монотонный шум жерновов. И даже старые самцы

тхеопамов, таскавшие по подсохшему в эту пору лугу камни для Моста в

Болоте, и те были согнаны за деревенскую Изгородь и бродили, лениво

постукивая тяжелыми хвостами о землю.

Поридам остановился у дома Олана и опустил трубу. Остановился и

ход, а Азим выступил вперед. Обычное радостное ощущение единства с

жителями передалось Олану.

— Привет тебе, брат наш! — вибрирующим ритуальным голосом

протянул Азим.

— Привет тебе, о Учитель! — ответил Олан, прекрасно зная Обряд.

— Помнишь ли ты, как цвело дерево Шим, как цветет дерево Шим, и

как будет цвести дерево Шим?

— Помню, Учитель! — смиренно отозвался Олан.

— Помнишь ли ты, что все есть так, как было, и будет так, как есть?

Вытянутое лицо Азима в Обряде приобретало магическипритягательное выражение. Будто неподвижное, но одновременно

неуловимо меняющееся.

— Помню, Учитель, — Олан пытался и не мог отвернуться, чтобы не

чувствовать силы глаз Азима, и в этот миг за спиной Олана бабахнуло и

зашипело. Толпа вздрогнула. Из дома резко потянуло похлебкой, и Олану

больше всего захотелось иметь глаз на спине, как у болотного крокодила,

чтобы увидеть, что же там, в доме, случилось. Но Обряд не позволял

отвлекаться, и он остался неподвижен под взором Азима.

Азим не мог не слышать звука и не почувствовать запаха, но он только

слегка запнулся.

— Помнишь ли ты, что смерть карает жизнь и что жизнь должна

покарать смерть?

— Помню, Учитель!

— Мир тебе, брат! Возьми наш путь!

Азим отступил на свое место, Поридам извлек из ствола протяжный

стон, и толпа двинулась к последнему дому. Олан, не оглядываясь, сошел с

порога и пристроился в хвосте процессии. Мальчик Хум семенил сбоку от

него по траве и наподдавал ногой созревшие и выползшие на поверхность

плоды земляного скрытыша.

«Кувшин разбился, — думал Олан, — это бесспорно. И он не мог

просто так упасть и разбиться... Может, дух, собравшийся внутри, разбил

его?» И запах приоткрывающегося неизведанного смешался для Олана с

запахом варева из съедобных лиан.

Ход остановился внизу, перед Храмом, на выложенной каменными

сколами площадке. Началась последняя часть Ритуала в тишине,

заполненной лишь шелестом одежд.

Старик Мультазарим поднес Азиму корзину, где отливал на солнце

желтыми крутыми боками спелый плод дерева Шим. Азим плавно поднял

плод над головой, показывая жителям. Каждому хотелось быть поближе, и

люди тесно окружили Азима и слепую пару кольцом. Олан видел Обряд не

раз, но даже его охватило смутное влечение. Только мальчик Хум не

интересовался зрелищем и стоял в стороне.