На прошедшей неделе на моем персональном кладбище появилось новое надгробие. Самым трагическим образом один человек для меня перестал существовать. Чувство потери еще свербит и разъедает, но я способна об этом спокойно думать и даже написать. В момент, когда треснул лед непонимания, что вокруг происходит и на меня хлынул поток грязной обжигающе-холодной воды осознания, я отчетливо словила эту ассоциацию: кладбище. И сегодня на моем кладбище раскопана свежая могила. И с остервенением я туда забрасываю все свои ожидания, чувства, романтические картинки и радужные перспективы. И вот стою я над могилой и произношу траурную прощальную речь. И состоит она в основном из нецензурных слов, которые дают полноценную характеристику поступку человека и ему самому. И кипит во мне злость, бешенство, отчаяния. Даже не от того, что он таким оказался, а оттого, что я со всем своим опытом и чутьем так наивно вляпалась и думала о нем гораздо лучше, чем он того заслуживает. А ведь если бы не вляпалась,