Если на тебе креста нет, это еще
не значит, что ты ни во что не веришь…
Наконец подъехали к кладбищу. Почему оно оказалось в противоположной стороне, я просто не хотел уже думать. Спрыгнув на землю, сделал несколько наклонов корпуса назад и вперед. Похоронная команда и не думала выходить из машины.
- Эй, вы что, офигели?! Давай быстрей! Николай сказал, что до рассвета похоронить надо.
- В курсе. Хоронить не будем. Уже рассвет, - уперлись мужики. Действительно, начинало светать. Облачность рассеялась, звезды с каждой минутой заметно гасли, и слегка порозовело небо на востоке.
- Да какой рассвет, ночь еще, - уговаривал я, но они сидели, насупившись, опустив головы, как нашкодившие коты. Мне стало страшно, что придется везти покойницу обратно в Партизанское. Тогда это уже никогда не кончится! Решив не сдаваться, во что бы мне это ни стало, я достал из нагрудного кармана стодолларовую купюру, подаренную Николаем.
- Против таких аргументов не возражают, - уверенно произнес я и похрустел банкнотой. Звук возымел на упрямцев магическое действие. Тот, что казался старшим в команде, спрыгнул наружу.
- Хорошо, - сказал он и ловко выхватил заветную бумажку. - Но это твое решение. Твое, поклянись богом.
- Вот те крест! - согласился я и неожиданно для самого себя перекрестился.
- А ты крещеный?
- Конечно, - соврал я и испугался, что меня заставят предъявить крестик.
- Хорошо, - опять сказал старший и скомандовал: - Артем, будем считать, что рассвет еще не наступил, давай на меня…
Вытащили гроб, поставили на краю ямы и принялись прилаживать крышку. Я знал, что знахарку звали Степановной. Видеть ее ни разу не приходилось. Мертвая была похожа на артистку, специально загримированную под сказочную колдунью: щеки глубоко провалились, тонкий греческий нос загнулся и казался накладным. Жесткие седые волосы выбились из-под косынки и растрепались, видимо, когда она выпала из гроба. Покойная в молодости была брюнеткой, так как в густых бровях вперемежку с седыми волосами оставалось много черных. Странное дело, мне приходилось видеть покойников - всегда казалось, что это просто восковая фигура, в этот раз такого впечатления не было. Я списал это на усталость и на то, что было еще довольно темно. Где-то глубоко в лесных зарослях проснулись первые птицы. Живое щебетание вывело меня из оцепенения.
- Все, поехал, - сообщил я свое решение и добавил, оправдываясь: - мне сказали, что вы сами доберетесь.
Тот, кого я считал старшим, кивнул, продолжая заниматься своим делом, и даже не поднял головы. Второй вообще не удостоил меня своим вниманием. Я не удивился. Я уже ничему не удивлялся, поскорей забрался в машину и дал задний ход.
Когда машина проделала чуть больше половины пути, уже совсем рассвело. Меня начало страшно клонить в сон, бороться становилось все труднее. Свернув на небольшую опушку на окраине леса, я остановил машину в незаметном с дороги месте и, устроившись поудобней, уснул.
Сон прервало ощущение дискомфорта. Что-то твердое давило бедро. Перевернувшись на спину, продолжая лежать на сиденьях, я пошарил в кармане х/б и нащупал какой-то длинный гладкий цилиндр. Это была свеча, которую дал Николай. Она не была похожа на те, что ставят в подобных случаях. Примерно два с половиной сантиметра в диаметре, грязно-белого цвета, как простая хозяйственная. "Как же я забыл?! Ну и что, почему он сам не поехал?! Кто для меня эта бабка?!" Я совсем не отдохнул, ночные происшествия казались теперь глупым фарсом, разыгранным странными людьми. Сон снова начал путать мысли, веки сомкнулись. Я открывал и снова закрывал глаза, пытаясь окончательно пробудиться и продолжить путь.
Где-то рядом хрустнула ветка, потом еще раз. Послышался звук: кто-то медленно шел по мягкому ковру из упавших разноцветных листьев. Я лежал и смотрел в боковое стекло сквозь ресницы из-под неплотно сомкнутых век. Видел в окне желто-зеленые пятна листвы и мерцание солнечных зайчиков… Легкая тень пробежала по окну, я приоткрыл глаза.
- А-а-а-а! - крик, вырвавшийся из моей груди, мог привести в трепет самые мужественные души - на меня смотрела мертвая целительница! Зло нахмурив лохматые брови, она грозила костлявым пальцем. Резко приподнявшись на сиденьях, я отпрянул к противоположному окну. Старуха исчезла… Приснилось, подумал я, но как только сел на водительское место, она снова появилась в противоположном окне, грозя мне пальцем. Признаюсь честно, я боялся лишиться чувств, но первой моей реакцией было - защитить себя чем угодно. Нагнувшись, схватил с пола монтировку, а когда выпрямился, старуха снова спряталась. "Скорей отсюда!" - решил я и, резко развернув машину, выехал из леса.
Оказавшись на открытом пространстве, залитом солнечным светом, я быстро пришел в себя. Страх пропал, сердце, еще минуту назад колотившее в грудную клетку, успокоилось и притихло. Стало стыдно. Чтобы доказать, что на мнение "второго Я" мне абсолютно плевать, я закурил и минут пять спокойно походил вокруг машины. При этом монтировка оставалась в кабине. Окончательно стряхнув оставшиеся впечатления, бодро влез в кабину и поехал по направлению к городу. Благополучно добрался, пересел на командирский УАЗ и отправился в часть.
С полковником мы ни разу так и не обсуждали эту командировку. В Партизанское больше не посылали. И это меня совсем не огорчало…
Глава 4
"Нас должны снести". Дом с "удобствами" на улице. "Привет, Степановна!"
Мысль материальна. Мы сами
создаем для себя ситуации.
- И что, больше Степановна тебя не проведывала? - выдержав паузу, поинтересовались слушатели. Настроение компании было мрачно-тревожное. Чтобы взбодриться, выпили и пошли курить на воздух. Черное небо было усыпано мелкими искорками звезд, на севере горела ровно отрезанная половина луны. Друзья вышли за калитку и выстроились вдоль забора, лицом к нему… На темном фоне стены висел желтый прямоугольник окна. Может быть, так Малевич придумал свой "Черный квадрат", поменяв местами фон и фигуру? Слабо освещенные лунным светом, не шелохнувшись, стояли мрачные силуэты деревьев. Что-то гоголевское чувствовалось в этом тихом ночном пейзаже. Свежая ночная прохлада скоро снова загнала в дом.
- Вы позволите закончить?- спросил Олег. Друзья не возражали, напротив, удобней расположились на своих прежних местах и приготовились слушать - несмотря на поздний час, спать никому не хотелось.
- Когда я собирался на дембель, среди прочих вещей, которые хранились в гараже, я случайно обнаружил ту самую злополучную свечу, которую забыл поставить на могилке. Не знаю, что в тот момент двигало мной, - уложил ее в чемодане среди прочих вещей.
Примерно месяцев пять я был уже гражданским человеком. Все события той страшной ночи стерлись, я почти не помнил даже лиц персонажей. Работа, суета и быт разделили мою жизнь на "до" и "после", а сама служба в армии виделась неким барьером между отрезком "до" и прямой, стремящейся к бесконечности.
Жил я тогда в доме на трех хозяев. Квартира досталась мне по наследству, от бабушки. Дом был старый, с "удобствами" на улице, обитатели, включая меня, плохо ухаживали за ним, надеясь на скорый снос. С того момента, когда впервые переступил порог, я слышал: "Нас должны снести". И еще несколько лет после того, как я пришел из армии, дом жил "на чемоданах". Моя квартира состояла из холодной прихожей, кухни и квадратной комнаты, служившей и спальней, и гостиной.
Дом находился на краю города, в пятидесяти метрах от речки. Чтобы порыбачить или искупаться, можно было босиком выйти и пересечь дамбу, которая служила бульваром для прогулок горожан.
В один прекрасный летний день, накупавшись с парнями, жившими по соседству, я так устал, что, не обедая, прилег вздремнуть. Видимо, старые стены хорошо впитывают информацию - мне часто снилась моя бабушка. Сны, в которых она присутствовала, были всегда добрые, бабушка с малолетства воспитывала меня, и я до сих пор помню ее сильные ласковые руки. Спал я крепко, но чутко, как сторожевая собака. Поэтому сразу услышал, как кто-то тихо открыл дверь и вошел, остановившись в проеме из кухни в ту комнату, где лежал я. Кровать располагалась вдоль стены, в которой находился проем. Я не мог видеть, кто в нем стоит. Наконец посетитель шагнул, и на мое лицо упала тень. Я подумал, что зашел кто-то из парней, с кем купались сегодня, - они обещали прийти ко мне с пивом. Пытаясь побороть сон, приподнял тяжелые веки, - в ногах у меня стояла бабушка. Мне казалось, что я все еще сплю, но она вдруг сделала неясный, но очень знакомый жест. Мгновенно распахнув глаза, я вдруг увидел, что это не моя бабушка, а та самая мертвая целительница опять грозит мне пальцем! "Уйди, уйди!" - поджав к себе ноги, кричал я и в ужасе махал рукой. "Уйди, уйди!" - чтобы не видеть ужасной старухи, я зажмурился. Неожиданно хлопнула дверь в прихожей. Продолжая кричать, я осмелился глянуть - страшная гостья исчезла. Решив, что это все-таки сон, и немного успокоившись, я занялся приготовлением к посиделкам с друзьями…
- Да-а-а…. Обиделась на тебя колдунья, - высказал предположение Талгат.
- Конечно, ты ей такое ралли устроил! - поддержал Владимир.
- Неспокойно мне как-то, - с задумчивым видом сказал Герман. - А бабулька, которую на дороге видели, похожа по описанию на Степановну… Может, пора спать, господа? - добавил он, зевая.
- А кто в кухне ляжет? Найдутся смельчаки?
Решили тянуть жребий. Короткая спичка досталась Олегу. После собственного рассказа, когда в подробностях пришлось вспомнить то неприятное приключение, и от мысли, что придется находиться одному в отдельной комнате, стало жутковато. Олег предложил выпить перед сном. Выпили и улеглись. Но спать не хотелось. Друзья долго переговаривались лежа, пока опять не вышли на тему, которая, казалось, была уже закрыта.
- Я думаю, если считать гипотезу о параллельных мирах не слишком фантастической, то можно предположить…
- А почему, сударь, вы называете ее фантастической? - перебил Талгат Владимира, - кто отрицает существование радиоволн или электричества? Если мы чего-то не видим, более того, не можем объяснить, это вовсе не значит, что этого не существует…
- "На антресолях, над кухней жила бабушка. Она жгла у себя наверху керосиновую лампу с рефлектором. В электричество она не верила…" - процитировал Олег из бессмертного "Золотого теленка".
- Не хотелось вспоминать, - неожиданно признался Герман, - но, если вы успели заметить, господа, разговор все время крутится вокруг снов и бабушек. Так вот, как говорил знакомый Олега, "у меня был аналогичный случай". Я могу рассказать историю, в которой главные действующие лица - ваш покорный слуга и... Лучше все по порядку. Если спать не хотите, конечно.
Предложение приняли единогласно. Голос Олега можно было принять за два, ему так не хотелось оставаться одному в отдельном помещении.
Вскипятили чайник. Свежезаваренный напиток распространял приятный бодрящий аромат. Несколько глотков горячего чая совершенно сняли остаток сонливости. Полуночники расселись на привычные места, и, помня золотое правило: не ужинать после шести, каждый взял что-нибудь пожевать: кто тарелку с остатками салата под майонезом, кто просто свежий хрустящий огурец или горсть стручков зеленого гороха. Видя такую "боевую готовность", Герману ничего не оставалось, как начать повествование.