Найти в Дзене
Владимир Рожков

Может показаться странным, но чистый разум не скован границами

~1 мин
Может показаться странным, но чистый разум не скован границами чувств. Абстрактные понятия не дают такого же ощущения свободы, как действие. В своем роде, мы находимся в состоянии свободного плаванья, вроде барка, парящего над поверхностью моря. Все находится под контролем, и мы все равно не сможем этого селат. Но говорить об этом мы можем, лишь находясь в таком состоянии. Человечество застряло на уровне языка, в чем и состояла глвня трагеи его уществования. В нашей культуре не происходит ничего экстраординарного. Есть толькослова, текущие со скростью света. К примеру, мы говорим — Маркс, Ленин, Энгельс, но то же самое «Ленин» в любой ммент может быть сазано любым слесарем. Это эквивалентно пропуску в его собственную страну. Там он свободно шагает по улицам, но отсюда его не выпустит никакая полиция. Но если попробовать попасть в эту страну силой — скажем, вооружившись кирпичом или лестницей, он может пройти. Если нет, то возникнет новая трагедия. Но мы не считаем себя вправе вмешиват

Может показаться странным, но чистый разум не скован границами чувств. Абстрактные понятия не дают такого же ощущения свободы, как действие. В своем роде, мы находимся в состоянии свободного плаванья, вроде барка, парящего над поверхностью моря. Все находится под контролем, и мы все равно не сможем этого селат. Но говорить об этом мы можем, лишь находясь в таком состоянии. Человечество застряло на уровне языка, в чем и состояла глвня трагеи его уществования. В нашей культуре не происходит ничего экстраординарного. Есть толькослова, текущие со скростью света. К примеру, мы говорим — Маркс, Ленин, Энгельс, но то же самое «Ленин» в любой ммент может быть сазано любым слесарем. Это эквивалентно пропуску в его собственную страну. Там он свободно шагает по улицам, но отсюда его не выпустит никакая полиция. Но если попробовать попасть в эту страну силой — скажем, вооружившись кирпичом или лестницей, он может пройти. Если нет, то возникнет новая трагедия. Но мы не считаем себя вправе вмешиваться. Человек создал язык, и человек же должен отпустить его на свободу. Он свободный человек, но в этом смысле и мы тоже.