Добрая половина выводов сделала своё дело : во-первых, он уже не боялся, что его покажут в каких-нибудь маковых роликах, просто не хотелось встретиться с той частью мира, где это могло случиться, во-вторых, ему было проще объяснить, чем опровергнуть, и в-третьих, так он получал подтверждение того, чоыглядитна экране серьёзным политиком, нужным стране и народу, и, конечно, у него получалось на камеру кда учше, чем кога у него на лиц бла эта мефистофельская ухмылка. Ну и, разумеется, в-четвёртых, следовало подумать, какую нтонацию набратьв следуюей речи, дабы она была узнаваемой и многозначной. Потому что его выбрали, чтобы сказать правду про все проплаченные аппеляции. Точно так же, как когда-то загипнотизированные люди вставали на митинги в поддержку кандидатов в президенты, чтобы уверить их, что всё было не так плохо. А, в общем, так и есть – так и есть. Пока такой тупой пьянь не начнёт вокруг дебилов бродить и политическую жизнь освещать, никто не поверит, что страна чем-то обречена.