Я приветствую всех любителей волейбола. 28-летний связующий Майка Кристенсон мог оказаться в Казани ещё в 2014 году, но тогда предпочёл закончить учёбу в колледже. Сейчас он приехал в «Зенит» уже в статусе звезды мирового волейбола. От американского связующего ждут повторения достижений Ллоя Болла, майка которого висит под сводами казанского центра волейбола.
Пока карьера Кристенсона в России складывается успешно – его команда лидирует в суперлиге, а в воскресенье вышла в «Финал четырёх» Кубка России. – Майка, впервые об интересе казанского «Зенита» к вам говорили ещё в 2014 году, когда вы учились в колледже. Почему тогда отказались от предложения из Казани?
– О, безумное было время. Сборная США как раз победила в Мировой лиге-2014, я неплохо сыграл и клубы из Европы стали предлагать мне контракты. Мне оставался всего год до окончания учёбы в колледже. Одним из первых на меня вышел турецкий «Халкбанк», и он сделал мне очень хорошее предложение.
Две недели я ломал голову, думая над тем, как поступить дальше. Я обсуждал со своими родными и любимой девушкой, что же делать, стоит ли оставлять колледж и семью и в конце концов было решено продолжить учёбу. Упал камень с плеч, я успокоился. Прошло три дня, мне звонит Мэтт Андерсон. Как сейчас помню, я завтракал в университетском кафе. Беру трубку и он говорит, что в Казани проблема со связующими и «Зенит» хочет меня пригласить. Я такой: «Даже не говори мне про условия контракта».
– Мэтт сказал?
– Само собой! Я такой: «Ааа, бро, если бы ты сказал об этом три дня назад, я согласился бы!». Но я уже принял решение и настроился на то, чтобы завершить учёбу. Пришлось отказаться, хотя, скажу честно, позвони Мэтт чуть раньше, я бы сорвался в Россию. Горжусь тем, что всё-таки сдержал слово перед собой. С другой стороны, не думаю, что пять лет назад был готов к такой мощной команде, как «Зенит». Хорошо, что всё сложилось так, как оно сложилось. Спустя несколько лет я всё-таки оказался в Казани. Это всегда было одной из целей моей карьеры.
– На кого вы учились?
– Я изучал антропологию. Думал, что если получу травму и не смогу больше играть в волейбол, то со временем стану физиотерапевтом.
– У вас была стипендия или платили университету сами?
– Я был на стипендии. Иначе я бы наверняка поехал в Европу до окончания учёбы, чтобы оплатить стоимость университета.
– Скольких бывших американских игроков «Зенита» вы обзвонили прежде чем подписать контракт?
– Я много говорил с Мэттом, пока мы были в сборной США. Я звонил Риду Придди и Дэвиду Ли, а в прошлом году общался с Ллоем Боллом. Получается, узнал мнение всех, верно? Ллой сказал, что обожал Россию, и что немногих связующих-иностранцев приглашают в суперлигу, поэтому этой возможностью нужно пользоваться. Эти слова были важны для меня. К тому же Казань на протяжении всех лет моей учёбы в колледже была центром притяжения мирового волейбола, и у меня была цель оказаться в «Зените».
– А если бы вас позвал другой российский клуб, согласились бы?
– Скорее всего, нет. В том числе и в интересах своей семьи. Хочется видеть их почаще и меньше времени проводить в перелётах. Не хочется быть с ними полдня в неделю между матчами, как это бывает у игроков некоторых клубов. Моя семья прилетит в Казань через пару недель, и думаю ей очень понравится город. По мне, так это идеальное место для нас. Я каждый день отправляю им фотографии снега, и сын сказал, что закидает меня снежками, когда приедет в Казань.
– Кстати, Болл рассказывал, что настолько бережёт свои чувствительные руки, что в машине всегда ездит в перчатках. А вы?
– Он реально так сказал? Вот это да! Я ношу перчатки, только когда выхожу на улицу, потому что руки быстро замерзают, и иногда наношу на них крем, чтобы кожа не сохла. Это всё.
На этом первая часть интервью окончена. Если вам понравилось, тогда подписывайтесь на канал и ставьте лайки. Пишите в комментарии как вы думаете является ли Майка Кристенсон лучшим связующим в мире.
Пока!