Он оставил нас в этом ужасном месте навсегда.

Я тогда не понимала, зачем мы продали наш Рай. Я чувствовала, что от меня что – то скрывают, я должна была знать правду.

- Мамочка, скажи, почему мы уезжаем? - спросила я.

Она притянула меня к себе поближе, и крепко обняла, немного покачивая.

- Эйпл, папе становится плохо с каждым днем. Милая, он болеет, и ему нужна качественная медицинская помощь. - Помнишь дядю Френка? - Спросила мама. Я лишь кивнула головой.

- Ну, так вот, он очень хороший папин друг и нашел отличных врачей. И именно поэтому мы переезжаем в северную часть Флориды. Тебе там тоже понравиться, уверяла она. Я больше не плакала и все поняла. Только лишь спросила:

- А врачи в том месте, правда, хорошие? Мама улыбнулась, щелкнула меня слегка по мокрому носику и ответила, – они замечательные! В тот день для меня многое встало на свои места, и я перестала тратить время на слезы. В тот день я начала прощаться с этим местом навсегда.

Флорида ассоциировалась у меня с шестью вещами: морепродукты, жара, новая школа, новый дом (с небольшим участком земли), с больницей, в которой папа лежал полгода после операции. И наконец, самая главная ассоциация девятилетней девчонки - это огромное кладбище, которое я увидела впервые в своей жизни, когда хоронили отца. Он оставил нас в этом ужасном месте навсегда.

Первое время было тяжело. Мама была дежурным врачом, и сама не раз видела, как умирают люди. Но потерять любимого человека, оказалось труднее. Говорят, время лечит. Время не лечит, оно лишь заглушает боль, притупляя ее ощущение. Боль утраты будет жить вечно! Мы обе плакали по ночам, и по очереди приходили друг друга успокаивать. Затем все пошло своим чередом. Мы учились жить по – новому. Жить без папы. Вдвоем. И у нас неплохо получалось. Мы даже научились экономить наши средства. Жизнь в новой школе немного изменилась по сравнению с предыдущей жизнью.

Я уже не боялась о себе, что то рассказать, но при этом меня и не допытывали расспросами. Мне нравилась моя школа.

В старших классах я стала черлидершей, в школьной группе поддержки. Я продолжала свое любимое занятие танцами и обзавелась полдюжиной поклонников. Я не ходила на свидания, не обжималась на последних рядах в кинотеатре, меня даже за руку никто не держал с целью проводить до дома. Если другие девчонки, из нашей группы поддержки постоянно вели разговоры о самых крутых местных парнях, то для меня все эти разговоры были дикими.