Меня зовут Валентина. У меня есть двоюродная сестра, Ксения, мы обе уже на пенсии.
Ксения имеет дочь, Анну. С дочерью у нее не ладилось давно, возможно с самого начала. Она ушла из дома очень рано, сразу после школы, жила у родственницы, пока не перебралась к будущему мужу.
Вот с тех самых пор между ними общения практически нет, хорошо если два звонка в год, а то и вовсе ничего.
Но я думаю, эта ситуация обеих не сильно беспокоила, - Анна и Ксения жили своей жизнью, каждая в семье.
Когда моя сестра завершила трудовую деятельность, всего через год умер ее супруг, у него уже имелись проблемы со здоровьем. Стоит отметить, что Борис не является отцом Анны — они познакомились, когда она уже проживала отдельно, и по моему, Анна даже не видела второго мужа матери ни разу.
В тот самый год, когда Ксения стала вдовой, ее дочь сама развелась — и теперь живет одна с дочкой, которая только пошла в первый класс.
Моя сестра пришла к выводу, что пора бы и затушить им обеим тлеющий костер старой, никому сейчас не нужной войны: она вдова и пенсионерка, дочь теперь мать-одиночка, у них другие проблемы, как и видение мира, не лучше ли объединить по возможности усилия и наладить общение — в такой ситуации это и на мой взгляд, самый разумный выход. Как я и говорила, никакой войны на самом деле последние лет двадцать не было, - просто молчание.
Ксения согласна даже на проживание внучки в ее доме, если понадобится.
Анна, когда услышала все это, быстро пошла на сближение.
Приехала в гости впервые за столько лет, мы посидели, долго разговаривали. Строили планы на будущее, Ксения очень повеселела, уже после ее отъезда только и говорила, что планирует сделать для дочери и внучки теперь, раз уж раньше не получалось.
В следующий раз она приехала на праздник, и все шло замечательно, пока она не достала подарок для матери. Это оказались какие-то потертые женские сапоги.
В этот момент у нее изменилось лицо, и она с какой-то особой ожесточенностью начала пересказывать историю о том, как ее мать в свое время копила на эти сапоги, сетовала на то, что из-за всяких дармоедов в доме не может купить их сразу, а когда купила, то строго-настрого запретила к ним прикасаться, но девочка, естественно, не устояла перед запретом, и какой скандал ей мать потом устроила.
Думаю, нет смысла пересказывать подробно, что последовало дальше в подробностях — Ксения страшно была расстроена и обескуражена, дочь же только злобно посмеялась, бросила эти самые сапоги на видное место, и уехала.
Как выяснилось, Ксения в свое время отдала их той самой родственнице, а дочь видимо узнала, и надо же — столько лет хранила.
После происшествия Ксения решила не обсуждать эту тему с дочерью, - она же не скандалить с ней собиралась.
Позвонила через какое-то время, - Анна тоже к инциденту не возвращалась, и обе делали вид, что ничего не случилось. Она также шла на контакт, приехала вновь — раз, другой, третий. Мы обе подумали, что может, это следствие ее каких-то неурядиц, да и муж ушел — вот и выкинула такой номер.
Постепенно дело подошло к именинам моей сестры, мы с ней долго готовились: шутка ли, за столько лет она должна встретить его вместе с дочерью в одном доме.
Первое сомнение у меня возникло, когда заявилась Анна одна, без внучки Ксении — хотя договаривались, что вся семья будет в сборе, моя сестра очень ее ждала.
Но Анна долго извинялась, что так получалось, помогала завершить все хлопоты, и вообще, была сама милость и великодушие.
Хоть сестра и расстроилась, что нет внучки, но постаралась максимально это скрыть — может, потом сложится. Она понимала, что вот так в два счета отношения не наладить.
Мы замечательно начали празднование, и даже я подумала, что может дело наконец в гору поехало, когда подошел черед дарить подарок Анны своей маме. Вот здесь она распаковала внушительный сверток, а потом швырнула его на стол, едва не перебив посуду. Это была пачка каких-то мятых, пожелтевших журналов.
И вновь тоже самое — Анна переменилась в лице, в глазах появился какой-то зловещий огонь, и она стала пихать журналы матери под нос, с присказками: «Вот мамочка, все для тебя! Ты о них так пеклась в свое время, а потом выкинула — как нехорошо! Но не волнуйся, я их ради тебя хранила целых двадцать лет — и теперь они, ненаглядные, снова твои! Будет, чем заняться!»
Не успели мы опомниться, как она накинула пальто, скользнула в туфли и растворилась в осенней темноте.
На этот раз у Ксении не выдержали нервы, - она заперлась в своей комнате, и я долго не могла до нее достучаться, открыла она только когда поняла, что у нее здорово подскочило давление.
«Подарок» Анны оказался подборкой журналов для женщин, многие из которых датированы еще 90-ми годами прошлого века.
Ксения ничего не хотела про них говорить, да я и не спрашивала, - сама собрала их в кучу и отнесла в сарай, где бросила на чердаке — с глаз подальше.
Позже, уже от самой Анны я узнала, что ее мать как раз в 90-ых собирала номера, любила листать их по выходным, делала какие-то пометки на страницах, обсуждала материал с подружками по телефону, а ей запрещала их не только смотреть, но и вообще открывать ящик шкафа, где они хранились.
После такого дня рождения Ксения не звонит дочери, места себе не находит, но все время думает только о том, почему с ней так обходится дочь?
У меня тот же самый вопрос — мы давно мягко говоря не дошколята в песочнице, чтобы заниматься всякими глупостями, как я уже упоминала — всех жизнь потрепала, почему бы не примирится сейчас, и не построить хоть какое-то подобие семьи, ведь Ксения очень хочет заниматься только своей дочерью и особенно внучкой, есть пока и силы и кое-какие возможности, а также наш дом общий с добротным летним садом.
Я тоже без мужа, дочь свою вижу редко — но не из-за плохих отношений, она живет в одной из стран СНГ, поэтому мы с Ксений в основном в частном доме, где на наш взгляд лучше, чем в квартире.
Дополнение:
Вы спросили, какая причина такого поведения Анны, и каковы обвинения, если я про них в курсе.
Думаю, красноречивее всего будет ее тирада, адресованная матери не так давно. Со мной она разговаривает, меня ни в чем не упрекает. Вот что она сказала: «Твоя сестра превратила мои первые, и не только первые годы в настоящий ад. Вечно все было не так и не то, я всегда была виновата, и вообще мешалась. До какого-то времени я и на самом деле считала себя причиной всех проблем, и я помню, как это ей нравилось. Но рано или поздно, все дети из подобных семей понимают, что причина не в них, а в родителях. Конкретно в моем случае — дело в том, что она не сошлась, или слишком быстро разошлась со своим козлом. Мне в целом, плевать на то, что там между ними было, я знаю лишь, что ничего хорошего, и крайней оказалась я. Он исчез, а она не придумала ничего лучше, как свалить все проблемы на маленькую девочку. Блестяще, я аплодирую стоя! Она мечтала разыскать себе замену, чтобы было с кем разгонять тоску по вечерам, но малолетний прицеп, то есть — я, создавал ей непреодолимые препятствия, как она считала. Вот она, идиотка недалекая, и сливала в этот прицеп помои 17 лет, пока я не сбежала.
Потом она нашла наконец себе, что искала — и мы годы и десятилетия друг друга не трогали. А теперь, когда овдовела, ей вдруг дочь понадобилась, да еще и с внучкой! Ну а чтобы загладить прошлое, она всего ОДИН РАЗ очень вяло подняла эту неприятную тему, и что-то там промямлила про тяжелую жизнь в 90-е, после чего буркнула «прости», посматривая в другую сторону. И что, она думает что после такого я вдруг пулей прилечу к ней в объятия со словами: «мама, я нашла тебя!!!». Передай ей только одно — никаких прощений и примирений не будет. Если они ей нужны — пусть поищет своего первого козла, если он еще жив. Глядишь, что-нибудь да получится. А если вздумает меня дергать — я конечно, приеду. И даже с подарком. У меня их еще много!»
Комментарий специалиста:
Валентина, здравствуйте. Сложно делать выводы всего лишь по двум вкратце описанным эпизодам, и обрывку телефонного разговора, однако возможно предположить, что Анна вспоминает не какие-то казуальные семейные инциденты, а говорит о продолжительной и беспрерывной цепи негативных событий.
Связь детей с родителями весьма прочная, но лишь на ранних этапах, когда ребенку более не на кого рассчитывать, и он еще не имеет ни собственного опыта, ни авторитетов, ни каких-то устойчивых позиций. Однако, если ребенок перманентная цель для критики, - а к сожалению, незрелые в личностном плане родители совершают обыкновенно именно такую ошибку, чтобы не иметь претензий к себе, он еще в начальных классах школы придет к выводу, что родители не являются ему ни защитой, ни опорой, ни примером.
Подобное умозаключение — самое худшее, что может произойти между родителями и детьми. Какое-то время, и еще относительно длительное, он или она не реагирует открыто на их токсичное поведение, но с каждым днем крепнет уверенность в том, что в семье он лишний, даже если семья неполная, и состоит только из него и родителя.
Далее поведение уже подростка необратимо изменяется, постепенно либо относительно резко, что шокирует обычно того, кто привык если не к послушанию, то к подчинению при помощи силы. Родитель списывает все на пубертат, - действительно, данный период самый сложный во взрослении человека, но поведение подростка далеко не обязательно связано с пубертатом, как раз наоборот — многие подростки отражают то, что с самого рождения наблюдали в семье, но ранее не решались на подобные действия.
Родители, которые утратили возможность вести себя с детьми так, как им удобно, не сдерживаясь ни в чем, и обвиняя при случае в своих неудачах, ибо маленький ребенок еще не может ответить, питают надежды, что пубертат пройдет, и к ним вернутся рычаги давления и управления, обнаруживают, что в лучшем случае они просто абсолютно выпали из сферы интересов детей, а в худшем — те самые «рычаги» теперь применяют к ним, либо применят в будущем.
Валентина, если атмосфера в родительском доме Анны на протяжении 17 лет состояла из обвинений, оскорблений, претензий и общего перманентного негатива, то на какие отношения может рассчитывать Ксения?
В данном случае возможны лишь поверхностно-нейтральные отношения, но при условии, что к ним стремятся обе стороны.
Какие-либо либо прочные и позитивные связи в текущей ситуации, - это скорее, кинематографический сюжет или беллетристика, не имеющая шансов на реальное воплощение.
Наша группа в социальной сети: https://vk.com/psychologistonline1980