Трудно, однако, предположить, что Япония попытается силой захватить Курильские острова или Сахалин, и тем более — без поддержки со стороны США, которые едва ли стали бы поощрять подобные действия. В случае крутого политического поворота и ремилитаризация Японии, возрождение ее экспансионистской стратегии вызвало бы серьезные изменения ситуации на Дальнем Востоке, которые потребовали бы от России глубоко пересмотреть свою политику безопасности в регионе. Но это не может случиться в одночасье, и будет достаточно времени для того, чтобы принять адекватные меры. К тому же и Китай, и США, и Южная Корея будут тогда противодействовать Японии. Теперь же Россию и Японию объединяют немалые общие экономические интересы в разработке естественных ресурсов Дальнего Востока, предотвращении гегемонизма в АТР и поддержании хотя бы суррогата стабильности на Корейском полуострове.
Китай — это потенциально самая серьезная непосредственная внешняя проблема для безопасности России. Сейчас Китай заинтересован в торговле и поставках оружия из России. Сотрудничество и военные соглашения с Москвой (без формального союза) усиливают позиции Пекина в отношениях с США, Японией, странами АСЕАН и Индией, а также увеличивают свободу маневра в его политике по отношению к Тайваню и нефтяному шельфу в западной части Тихого океана. С другой стороны, нынешнее наращивание военной мощи, складывающаяся геостратегическая ситуация, долгая история территориальных споров с Россией и СССР не могут не вызывать в Москве озабоченность относительно более отдаленного будущего (10–15 лет). Конечно, пока нет никаких оснований подозревать КНР во враждебных планах, но со временем объективная ситуация может меняться, к власти придут другие руководители, и переоценка национальных интересов гипотетически может подтолкнуть Пекин к экспансионистской политике в отношении российского Дальнего Востока и Сибири, или против Казахстана и других центрально-азиатских союзников Москвы.
В любом случае, для России сотрудничество с КНР выгодно и желательно как с экономической, так и с политической точки зрения. Однако на перспективу полагаться только на это было бы недальновидно — ключ к безопасности в Сибири и на Дальнем Востоке лежит, помимо поддержания разумного оборонительного потенциала, в развитии сбалансированных отношений с другими державами региона, и в первую очередь с Японией. Так же, и это еще важнее, — в прекращении нынешнего экономического и демографического "ухода" России из этой огромной части собственной территории.
Наконец, отношения России с Соединенными Штатами тоже очень сильно изменились как в двустороннем плане, так и в Европе и на Дальнем Востоке. По ВВП США превосходят Россию в 12, а по населению в 1,9 раз. Численность их вооруженных сил, как ни странно, все еще примерно равна российским, но военный бюджет превышает наш в 10 раз, а инвестиции в модернизацию вооружений и военной техники в 20 раз. [13] В обозримом будущем это неизбежно принесет им бесспорное качественное и количественное превосходство — особенно если начавшаяся российская военная реформа провалится из-за близорукого ограничения ее финансирования.
Если всего десять лет назад СССР и США были основными игроками и соперниками в глобальной геополитической игре, то сегодня их стратегические отношения переходят в стадию все менее благожелательной отстраненности. Правда, США все еще вовлечены в процесс российских политических и экономических реформ, но их эффект все больше подвергается сомнению в США и вызывает растущее недовольство и усиление антиамериканских настроений в России.